Хладнокровный ублюдок, яростно рвущий аристократов

В конце концов, на разборку за каким-нибудь датчиком или патрубком можно придти и без машины.

— Скоро вернусь. Надеюсь, — сказал я. — Давай без глупостей тут.

В качестве демонстрации возможностей я просто спалил на руке бумажный пакет от шаурмы. Никаких ритуалов, заклинаний и тому подобного мне не понадобилось. Просто захотел, и усилием воли поджёг его, и огонь не причинил мне никакого вреда. Зато Андрейка перепугался до усрачки. Неодарённые всегда так реагировали на любые проявления магии.

— Да какие глупости, Иван Васильевич, я же понимаю всё, — спешно забормотал он.

— Помни, мы с тобой разбогатеем, Андрейка, — сказал я напоследок.

Чтобы помимо кнута поманить его ещё и пряником. Классика управления персоналом. Щелчок-конфетка-щелчок.

Ключ от подвальчика я на всякий случай сунул в карман, выключенную мобилу оставил под диваном. Она могла бы пригодиться в качестве фотоаппарата, но я решил всё-таки пойти без неё.

Доморощенные качки, занимавшиеся на тренажёрах, проводили меня задумчивыми недобрыми взглядами, явно размышляя о реванше.

Я выбрался на улицу, щуря глаза от яркого солнца. После тусклых лампочек подвальной качалки оно казалось особенно слепящим, и я с сожалением вспомнил свои чёрные очки от Картье, которые остались лежать на прикроватной тумбочке в поместье Заславских.

Во дворе играла детвора, скрипели качели, ковырялись в песочнице малыши. Я побрёл прочь, сунув руки в карманы.

На самом деле у меня не было чёткого плана, как поступить, когда я доберусь до нужного автосервиса, придётся действовать по ситуации, по наитию.

Дорога вела меня к промзоне, выросшей на останках бывшего судоремонтного завода. Отдалённое, уединённое местечко, хорошо подходящее для всяческих мутных делишек, и я нисколько не сомневался, что эти самые делишки тут регулярно проворачиваются.

Иногда мимо меня проезжали машины, своим ходом и на эвакуаторах, но других прохожих не было.

Авторазборку я сначала услышал, и только потом увидел, работа внутри кипела. Визжали болгарки, гремел и лязгал металл. Работяги ловко расчленяли погибшие автомобили на части, откладывая в сторону то, что ещё могло пойти на продажу или в сервис. Тут же принимали и металлолом, всё подряд, от старых холодильников и до краденых проводов.