Хладнокровный ублюдок, яростно рвущий аристократов

— Да, конечно… — вздохнул Андрей, не смея задавать лишних вопросов.

Но на один вопрос он всё же осмелился.

— А ты где так махаться научился? На границе? — спросил он, глядя, как я ставлю электрический чайник и роюсь в тумбочке в поисках заварки.

— Нет, дома, — сказал я.

— Ты из клановых? — удивился он.

— Уже нет, — коротко ответил я, разглядывая кружку с изображением загорелой женщины в купальнике.

Наверняка раздевается, если налить кипяток.

— Так, ну я это… Ключи оставлю. Вон там, на полке, — сказал Андрей.

— Сюда посетители не заявятся? — хмыкнул я.

— Без меня — нет, — сказал он.

Отлично. Можно спать спокойно.

Андрей попрощался, вышел из подвала, и я остался один. Прошёлся по подвалу, качнул гантели немного, вернул на место. Чайник закипел, и я налил себе самого дешёвого пакетированного чая из остатков веника, которым подметали цех. Раньше я такой видел только на картинках.

Даже зажевать его оказалось нечем. Пакет с крошками и остатками какого-то печенья трогать я побрезговал.

Спать не хотелось, и я отправился в душ, всё-таки денёк выдался насыщенный, и пахло от меня отнюдь не французским одеколоном. Вода, ожидаемо, была только холодная, и я взбодрился ещё сильнее. Но поспать всё же было нужно, хотя бы пару часов, и я, закрыв входную дверь, завалился на продавленный диванчик. Немного поёрзал, подбирая удобную позу для сна, а потом заснул так быстро, как умеют засыпать только студенты, солдаты-срочники и помотанные жизнью бывшие наследники дворянских родов.

В глубине души я желал вновь услышать тот голос в голове, и засыпал с мыслью о том, что я спросил бы у него о своём даре, но в этот раз чуда не произошло. Придётся разбираться самому.

Проснулся я от того, что кто-то настойчиво барабанил в железную дверь, и стук гулким эхом разносился по всему подвалу. Игнорировать его было совершенно невозможно, пришлось вставать и идти открывать подвал.

Снаружи было уже светло, время, похоже, приближалось к полудню. На пороге стоял Андрей, позади него, на лестнице, переминались с ноги на ногу ещё несколько ночных искателей приключений со следами былых подвигов на помятых рожах. Я хмуро оглядел их компанию пристальным долгим взглядом.

— Вам чего, — мрачно произнёс я.

— Так это… Заниматься, — пробормотал Андрей.

Пришлось впустить. Похвальное стремление, всё-таки.