Пришествие бога смерти. Том 15

Тот же ящер, свой город не покидает, но и монстры не штурмуют его.

— Ух! — и да, я согласен с Леной. Ух! Как же много монстров в, казалось бы, небольшом городке.

Десятки тысяч! От F до A ранга. Ящеры же бились отчаянно, умело уничтожая многие тысячи тварей. Но Егорыч подкинул им ещё несколько бутылок, и ящеры «поплыли».

А потом, когда битва начала подходить к концу, Егорыч обрушил на ящеров всю свою силу. Он с медведем вломился в толпу, устраивая резню.

Егорыч был крайне силён физически, и у него было божественное оружие.

Я, конечно, прикрывал Егорыча марионетками. И Аня помогала. Но даже так, основная добыча в виде БЭ была у этого алкоголика. И когда он закончил, развеял аватара, а марионетки эти направились к Хабаровску…

Они тащили туши и других монстров. Так что в скором времени недалеко от города ящеров соберётся целая гора туш, готовых в любой момент ожить и напасть.

Эту войну иномирцам не выиграть. Я имею огромнейший опыт по уничтожению таких, как он.

От размышлений меня отвлёк стук в дверь, я разрешил войти. Миг спустя в комнату вошла валькирия Лены. Ну как вошла…

— Ой! — девушка вцепилась в дверь, буквально повиснув на ней. Пола же не было видно, вместо него вид на руины города и полчища оживающих тварей.

— Это лишь иллюзия, не бойся, — махнул я рукой, и на полу появился мостик, по которому можно было пройти.

— Пришёл… жрец. Бога Иввит, говорит его бог желает поговорить с вами… — доложилась та. — А ч-ч-что там происходит? — указала она пальцем вниз.

— Великая битва происходила в моём мире. И я победил в ней, — улыбнулся милой девушке-валькирии. — Скажи, что мы примем его в трапезной.

Та поклонилась и ушла, а мы подготовились и вскоре прибыли в столовую.

Помещение просторное. Человек на сто или даже сто пятьдесят. Обставлено ни богато, ни бедно. Но других нет. Девчата как-то не предусмотрели кабинетов для переговоров.

И вот, вскоре к нам пришёл едва шатающийся, пьяный старик. Выглядел он не очень приглядно, да и аромат…

— Алакарус, верховный жрец Иввита, бога веселья и алкоголя, — поклонился тот и едва не упал.