Ты волшебник, Гарри!

Понимаешь?

— Понимаю, но при чем тут вы?

— При том, что иногда после смерти люди оставляют свои души тут. В материальном мире. А я — как раз инструмент, чтобы исправить эту оплошность.

— Вы ангел смерти? — задумчиво спросил Гарри.

Патруш тихо и очень культурно рассмеялся, после чего ответил:

— Нет. Ни в коем случае. И вообще данный термин оскорбляет как таких, как я, так и непосредственно тех, кого вы называете ангелами. Я не отправляю застрявшие души в светлый мир.

— А в тёмный?

— И в тёмный.

— А что вы с ними тогда делаете?

Мужчина глубоко вздохнул и качнул ногой, после чего взглянул на собеседника.

Глаза прилично одетого мужчины изменились. Его зрачки стали желтыми и вытянулись в вертикальную кошачью щель. После этого он слегка улыбнулся, демонстрируя полный рот острых зубов.

— Ваши предположения, молодой человек?

— Вы их съедаете, — предложил Гарри, следя за преображением собеседника. — Вы питаетесь мёртвыми душами.

— Чудеса логики, — вздохнул Патруш. — Однако не стоит так напрягаться и поглядывать на ваш.

.. Простите, но называть то, что вы тут устроили, ритуалом у меня язык не поворачивается. В любом случае... Мы можем быть полезными друг другу.

— И в чём же?

— Ну, для начала я могу быть для вас источником информации. Да, согласен, мои знания немного устарели... лет на двести. Но тем не менее. Это лучше, чем ничего. Насколько мне известно, в материальном мире искусство некромантии серьёзно отстает от других направлений.

Гарри тяжело вздохнул, взял волю в кулак, постарался успокоиться и подошёл к небольшому креслу.

Усевшись в него, он оглядел незнакомца и спросил:

— Вы можете принять прошлый вид?

— Смущает? — улыбнулся Патруш. — Могу. Это не сложно.

После того, как его глаза вернулись в нормальный вид, он подался вперёд и спросил:

— Что вы знаете о некромантах, молодой человек?

Гарри молчал несколько секунд, после чего ответил:

— Пока только то, что в Российской империи их не осталось.

— И?...

— И на этом, пожалуй, всё.

Назгул тяжело вздохнул.

— Видимо, нам с вам одной беседой не обойтись, — сказал он и с жалостью оглядел мальчишку.

— Бывает, что судьба поворачивается лицом. Бывает, что отворачивается и не замечает ваших невзгод.

— А в моем случае?

— В вашем случае она повернулась к вам задом. Еще и нагнулась, после чего додумалась раздвинуть ягодицы, — горько усмехнулся Патруш. — Глубочайшей задницы для человека с вашим даром даже придумать сложно.

— Мне известна анатомия, — произнёс мальчишка и сжал кулаки.