Княжич Юра III

Всё ж, фасон имел свои особенности, но какого-то уж сильно принципиального отличия не было: брюки «со стрелками», но без лампасов, белая рубашка, китель с золотыми погонами и двумя рядами золотых пуговиц, с воротником-стоечкой, галстук. И фуражка. Китель длинный, приталенный. И главный элемент любой воинской формы любого государства, любого исторического периода: широкий ремень с металлической пряжкой.

А ещё на этом ремне кортик в ножнах. Хм… вот кортик мне носить ещё никогда не приходилось.

Ладно уж, пусть будет кортик.

Оделся я быстро и, видимо, правильно, так как женщина, наблюдавшая за процессом, не нашла, к чему серьёзно придраться. Только подошла в конце и поправила галстук.

- Хм, а тебе действительно идёт форма, - сказала она, отступив на шаг. – Выправка, как у настоящего военного. Признавайся: дома носил, репетировал?

- Нет. Отец не поощрял таких игр. Он к подобным вещам относился строго… тем более, в отношении Бездарей, вроде меня.

- Бездарей? Серьёзно? – скептически повела она бровями, уперев в бока руки.

- Дар лишь пару дней, как проявился, - пожал я плечами и автоматически, старым привычным движением выровнял фуражку проведя боком вытянутого кверху указательного пальца правой руки по кокарде и кончику носа. Специфический такой жест, в гражданской жизни не встречающийся. Точно так же, как и щелчок каблуками, выполненный мной после этого.

- Я провожу, - улыбнулась женщина, ещё раз окинув меня взглядом.

Идти оказалось не так уж и далеко: пара коридоров, две лестницы, три поворота. И вот уже мы стоим перед высокой дубовой двустворчатой дверью с начищенной до блеска жёлтой латунной ручкой.

После короткого вежливого стука, я потянул ручку на себя. Дверь, выглядящая такой массивной и тяжёлой, открылась на удивление легко, плавно и бесшумно.

Девушка-секретарь вскинула голову и посмотрела на нас. Встретилась взглядом с моей провожатой и кивнула.

- Проходите, ждёт, - сказала она.

И мы прошли. За второй дверью, слегка поменьше и попроще первой, оказался непосредственно кабинет.