Кровь Василиска. Книга V

Во-вторых, все жилища были украшены. Черепа, кости, клыки, перья. У иных ничего не пропадало впустую, и все шло в «работу».

И, в-третьих, верхушки шатров.

— Что это такое? — спросил я, указывая на странное украшение в виде кольца с прикрепленными к нему перьями и камушками разных цветов и размеров, которые светились в лучах утреннего солнца.

— Ловец снов, — ответил вождь.

— А зачем он нужен? — спросил я.

— Чтобы Великая матерь хранила наш покой во время сна, и злые духи не воровали наши сновидения, заменяя их кошмарами, — пояснил Избранник Угла.

Я использовал магический взор и сразу понял, что каждый из этих предметов зачарован. Вот только руны были мне совершенно незнакомы. Они очень отличались от тех, что использовали на материке.

И это было не удивительно.

Уверен, что за сотню лет местные жители придумали свою систему наложения рун и заклинаний на предметы, учитывая, что в Проклятых землях подобным ремеслом было заниматься в разы проще, чем на материке, ибо все тут «дышало» магией.

— И помогает? — поинтересовался я.

— А ты как думаешь? — повернувшись ко мне, усмехнулся Избранник Угла.

— Не знаю. Для меня тут все в новинку, — честно ответил я.

— А сколько раз ты бывал в наших землях? — спросил иной.

Хм-м, интересно. «Наши земли», значит. Видимо, жители Проклятых Земель действительно полагают, что все, что находится за разломом, принадлежит им и никому другому. Мы же для них интервенты и захватчики. Тогда не удивительно, что они к нам относятся так враждебно.

— Я здесь впервые, — честно ответил я.

— Да? — удивился Избранник Угла. — Интересный ты, однако, — добавил он. — Скажи, что произошло в Городе мертвых? Откуда у тебя корона Короля мертвеца? — спросил он, с интересом глядя на меня.

— А где сама корона? — спросил я.

— Там же, где ты ее и оставил, — спокойно ответил иной.

— Вы не взяли ее с собой? — признаться честно, я был сильно удивлен.

— Нет, — покачал головой Избранник Угла.

— Почему? — спросил я, когда понял, что мой собеседник не собирается пояснить мне, почему столь ценный артефакт остался лежать там, где я его обронил.

— Никто из моего племени, да и вообще из моего народа, не захочет к ней прикасаться, — произнес вождь Детей Угла. — Даже под страхом смерти, — добавил он, чем сильно меня заинтриговал.

— Почему? — спросил я.

— Она проклята, — ответил Избранник Угла. — Разве ты еще не почувствовал в себе какие-то изменения? — спросил иной, и я сразу понял, о чем он.