Кровь Василиска. Книга V

Судя по довольной ухмылке на его лице, подобные рассказы доставляли ему удовольствие.

Интересно, а почему иные ненавидят людей? Ведь они раньше тоже были ими.

— А почему вы, вождь, ненавидите людей? — прямо спросил я.

— Потому что вы пытаетесь отнять наши земли, — ответил он. — Вам они были не нужны, и мы спокойно жили здесь, строя новые поселения и восславляя Великую Матерь.Да, между теми или иными племенами иногда вспыхивали конфликты, но они, как правило, заканчивались малой кровью. Но все изменилось, когда вы, человеки, пришли в наши земли.

Вождь нахмурился и на секунду замолчал.

— Прознав, сколько богатств таят земли, принадлежащие Великой Матери, вы, ведомые алчностью, стали посылать своих воинов отряд за отрядом. Вы убивали нас ради растений, животных, камней и всего того, что Великая Матерь насытила своим благословением. И вот тогда потери среди моего народа было уже сложно назвать «малой кровью», — произнес Избранник Угла и посмотрел мне в глаза. — Я ответил на твой вопрос, чело … — он вдруг остановился на полуслове.

Ого! Настолько разозлился, что даже снова чуть было не назвал меня человеком. Вернее, назвал, но вовремя исправился. Видимо, тема людских вторжений в Проклятые земли была не самой приятной для вождя. Хотя и для всех остальных племен иных тоже. Наверное.

Дабы не злить Избранника Угла, я решил в очередной раз сменить тему.

— Ваша дочь тоже будет принимать участие в охоте? — поинтересовался я.

— Да. Она поможет, если кого-то серьезно ранят, — ответил мой собеседник.

— И часто такое случается? — спросил я.

— Чаще, чем хотелось бы, — усмехнулся вождь, после чего с интересом уставился на меня, видимо, пытаясь понять по моим эмоциям или поведению, изменила ли во мне что-нибудь услышанная информация.

Наивный…

— Ваша дочь умеет и раны заживлять? — когда пауза в разговоре слишком затянулась, спросил я.

— Она многое умеет, — ответил вождь. — Принявшая разложение — одна из самых сильных благословленных Великой матери в ближайших землях, — гордо заявил он.

Поймав взгляд отца, девушка улыбнулась и вежливо склонила голову. Избранник Угла тяжело вздохнул, и я увидел в его взгляде чувство вины.

— Что-то не так? — спросил я.

— Многое, — горько усмехнулся мой собеседник. — Из-за того, что мы приняли кровь Угла, мы стали изгоями даже среди своих.