Титан империи 8

Лесник отдал нам только вас, – пожал плечами Коля. – А что, с вами был еще кто-то?..

Ди сжала зубы и попыталась не разрыдаться. Нет, только не перед ребенком… Бедный Сергей…

Тут в коридоре вновь раздались шаги, и в комнату вошел престарелый мужчина во фраке и с моноклем. Следом за ним появилась красивая черноволосая женщина.

– Коля, кыш, – произнесла она, едва войдя в комнату. Мальчик поклонился Ди и выскочил наружу. Дверь плотно закрылась за ним.

Женщина присела на его место, а ее спутник встал за спинкой кресла.

– Очень надеюсь, что вы выздоравливаете, – сказала она. – Меня зовут Анна Павловна Герасимова-Кречетова, и вы находитесь на территории поместья моего рода.

– Спасибо… за спасение… – выдавила из себя Ди, стараясь загнать слезы подальше.

Уж перед этой гордой аристократкой она точно не обнажит своих чувств!

– Не за что, – кивнула Анна. – Это мой долг – помогать каждому, кто попал в беду. Но прежде чем я оставлю вас отдыхать, я хочу, чтобы вы рассказали, кто вы, откуда, и почему в вас стреляли? Когда вам меняли бинты, я видела рану – она просто огромная.

Старик за ее спиной молча кивнул.

Ди же сжала зубы и принялась лихорадочно соображать. О том, чтобы рассказать незнакомцам всю правду, не может быть и речи.

– И, – подняла палец Кречетова. – Постарайтесь ни в чем не ошибиться. Старых шрамов на вас столько, что байку про ограбление я не приму ни в коем случае.

* * *

Вечер закончился довольно быстро, и скоро Настя с Машей клевали носом, а после пары чашек чая и вовсе отрубились прямо на стульях.

Оставив горничных убирать со стола, мы с Гамой отнесли девушек в спальню, а затем закрыли дверь на ключ.

– Смотри за ними до завтра. Если чай окажется не таким мощным, и они проснутся раньше времени, грудью ложись, но не дай им добраться до Омска. Если мы облажаемся, то Скалозубовы должны выжить в любом случае. Машу я тоже не хочу видеть на этой бойне.

– Слушаюсь, – ответила Амальгама с грустью в голосе.

Мы вернулись в кабинет. За рабочим столом меня встретил Зубр. Рядом осталось одно блюдо с недоеденным виноградом.

– Ваше сиятельство, – поднял глаза дворецкий, – могу я в последний раз попросить передать мне возможность погибнуть в метрополитене вместо вас?

– Ты уже слышал мой ответ. Нет, Василий, у тебя еще слишком много работы.