Девятнадцать сорок восемь Том V

— Другое дело, зачем мне это делать?

— В смысле?

— В прямом. Зачем тебя убивать? — тут Григорян взглянул на Фирса и хмыкнул. — Ты уж прости, но ты пешка. Обычный простолюдин, который мог бы усилить его влияние, но не более того. Какой смысл тебя убивать и давать дополнительную ниточку тем, кто пытается отделить его голову от тела?

— Ну-у-у-у… — протянул Фирс. — Вам же кто-то сказал, что меня попытаются убить?

— Информации много, и часть из нее — откровенная ложь. Ты должен понимать, что Громов очень хитрый засранец.

— Получается… вы точно не знаете, хочет он меня убить или нет?

— Пока я могу сказать, что ему это не выгодно, — кивнул следователь. — Не выгодно, потому что это лишняя зацепка к нему. Однако, стоит ему взять власть, будь уверен — он все вспомнит. Всё и всех. Такие моральные уроды, как он, никогда не откажутся от возможности отомстить.

Фирс помрачнел и даже слегка осунулся.

— Я хочу получить ответ на свой вопрос: хочешь ты на меня работать или нет? Мне не хочется тебя заставлять, поэтому еще раз по фактам: Громову убивать тебя не выгодно. Пока. Оставит ли он тебя в покое — нет. Этот выродок злопамятный. Как только добьется значимого места и убедит всех в своей лояльности — будь уверен, за тобой придут. А если не придут за тобой, то придут за твоими родителями.

— Скажу, что мне страшно, — честно признался Фирс. — Я не хочу лезть в эти игры аристократов. Мне… Мне это не нравится. Я бы предпочел держаться и от вас, и от Громова подальше.

— Понимаю, — хмыкнул следователь. — И всё же… каков же будет твой ответ?

— А у меня есть выбор? — хмуро глянул на него парень.

— Прятать голову в песок — тоже выбор, — пожал плечами мужчина.

— Я… я согласен.

— Слушаю.

— Я помогу вам с Громовым. Чтобы вы могли… расправиться с ним. Упечь за решетку или что… Но на этом моя помощь закончится. Я не хочу вечно служить и становиться заложником этой службы. И так же никто не должен будет знать, чем именно я занимался. Думаю, причины этого очевидны.

— Понимаю, — коротко ответил Григорян.

— И ещё… Я же ничего толком не умею.