Восход. Солнцев. Книга I

Бердяев медленно перевел взгляд и продолжил:

— Борис Иванович, до стены это должна быть наша последняя встреча, или у вас будут проблемы. Поверьте, вы не обрадуетесь тому, что я могу сделать.

Напугал ежа голой задницей. Что-то дядька задумал, или это мой папаша постарался?

— Сделаю все, что будет в моих силах, — ответил с улыбкой и встал. — Могу идти?

— Можете, — кивнул Бердяеев.

***

Бердяев в своем вагоне-кабинете

На столе лежала записка от главы рода Марковых — Ивана Михайловича, в которой он «просил», чтобы его дальний родственник Борис Солнцев добрался живым до стены.

Ну и, если получится сделать его жизнь более сложной на стене, то лейтенанта будет ждать хорошая премия.

Бердяев постучал пальцами по столу и улыбнулся. Сергея Юрьевича даже простить не нужно, он ненавидел аристократов. Может, потому, что сам боярин и без магии, а может, из-за того, что уже год возит зажравшихся детишек на стену. Этих парней и девушек воспитывают, учат, а они еще не поняли, что от них отказались и бросили подыхать.

Но Марковы — слишком сильный род, чтобы просто так ослушаться. Да и записку эту передал не кто-то там, а майор. Значит, наверху все согласовано.

Бердяев взял дело Бориса Ивановича и записал:

«Агрессивен, не подчиняется приказам. Смутьян».

Этого более чем достаточно, чтобы его определили в нужный отряд. На столе, помимо дела Солнцева, лежали и другие. В основном владеющих — за них тоже кто-то попросил, чтобы устроили хорошую жизнь на стене.

Детишки не понимают, что служба началась в момент, когда они ступили на бронепоезд. И Сергей Юрьевич как офицер может вносить информацию в дела, давать рекомендации, чем он и пользовался последний год.

За это хорошо платили, да и многие люди стали ему должны. Мелочь, но приятно. Уже бы давно перешел в штаб, но зачем, когда здесь он получает в разы больше?

***

Я пошел обратно в купе. По дороге не заметил больше драк и потасовок. Алкоголем стало пахнуть сильнее, где-то запрятали основные запасы и сейчас их неистово осушают.

Зашел в купе, и ко мне сразу обратилась Ольга, вся взволнованная и напряженная.

— Ну как? Я переживала. Даже хотела пойти посмотреть, но осталась следить за вещами, как ты и просил. Еще раз извини меня, — девушка снова спрятала глаза и надула губки.

— Все хорошо. Спиридонов до стены будет занят зализыванием ран, — я улыбнулся — Только вызывали к лейтенанту для профилактической беседы.