Восход. Солнцев. Книга I

А теперь хотите, чтобы наш зельевар просто так батрачил? Как-то несправедливо. Да и не захочет он.

— Ну, тогда и тебе не видать от него помощи! — ощетинился сержант.

— Так тому и быть, — не сдавался я. Еще чего, хрен тебе, Самсон. Просто так Володя работать на тебя не будет. Он мой актив.

— Хорошо! — сдался сержант. — Но чтобы сегодня у меня были зелья.

— Тогда Борзов немного задержится, и вечером или ночью все будет готово.

— Вали! — приказал мне Твердохлебов.

— Тут вот какое дело… Мне крайне необходимо пересечься со свободными отрядами, — спросил то, ради чего на самом деле пришел.

— Солнцев, до чего же ты хитрая собака! Всегда сначала про одно, а потом раз, и другое. Что тебе нужно?

— Ничего такого. Просто поговорить, возможно, о поставках зелий, — сказал я почти правду.

Повисла пауза. Сержант о чем-то думал, а я не сводил с него глаз.

— Вали, че встал! Подумаю, что можно сделать.

Я пришел на площадку. Володя валялся на земле вместе с Витей. Судя по тому, что артефакты, которые теперь Твердохлебов не выключал, оказались не поврежденными.

— Эти двое снова сцепились, пришлось успокаивать. Потом они попытались выполнить то, что ты приказал. Мясоедов прикрывал этого задохлика. Вот только Владимир не смог потушить ни один артефакт из ружья. Учебные магические пули крайне слабы. Поэтому Витя создал песчаную крепость, попытался остановить муляж монстра, но не справился. Теперь валяются без сил, — доложил владеющий.

— Спасибо! Думаю, на сегодня хватит, — ответил я Айвазу.

— Не хочу! Устал, — слабым и грустным голоском ответил Борзов.

— Жаль… — протянул я. — А лейтенант Цветкова рассчитывала на тебя.

Мгновение, и зельевар оказался на ногах. Уже отряхивался и приводил себя в порядок, потом посмотрел на меня и вальяжно сказал:

— Борис Иванович, что же мы стоим? Нельзя позволить столь очаровательной женщине ждать. Пойдемте скорее.

Я улыбнулся и промолчал. Как же мало требуется парню для счастья.

Лейтенант не скрывала, что ей приятно. В какой-то момент даже пуговку одну расстегнула на халате для молодого человека, что непременно заметил Владимир своими жадными глазами.

Оставили зельевара в подсобке. Там он возился с тварями, которых мы принесли с сержантом. Вот, что значит человек в своей стихии.