Восход. Солнцев. Книга I

Просто маленькая девочка, которой говорят, что делать. В какой-то момент Елизавета не смогла сдержаться и заплакала, как никогда в своей жизни.

***

— Хватит, — сказал я уже своим обычным голосом.

Царева закрыла глаза и тихо рыдала. Проявление голоса бога… Как же я этого ждал. После того раза еще одна попытка, и скоро должна быть еще одна. Посмотрел на девушку.

Вот же дура! Правда оказалась настолько банальной, и я на мгновение пожалел, что не использовал умение на себе. Но проверить, что мой голос по-прежнему может влиять на магов, дорого стоит.

Царева заметила, как меня ведут под усиленной охраной в бронепоезд. И решила, что я кто-то важный. После того, как от нее избавились в роду и попытались убить, она правда искала тех, с кем можно будет как минимум не бояться удара в спину на стене.

Ее по-бабски задело, что я хорошо общаюсь с Ольгой, а ее игнорирую. Ведь она сильнее и будет полезнее в отряде, когда мы выйдем за стену. И тут вокруг меня закрутились события. Вдруг я стал замом сержанта, так еще и на охоту с ним ходил.

— Как? Что это такое? Невозможно, — причитала она.

— Никому не говори обо мне, — последнее, что я сказал голосом бога, точнее, его крохами.

Развязал девушку и вернул ей спицу. Елизавета держалась за стену и смотрела на меня. Во взгляде читались страх, любопытство и злость. Она тяжело дышала.

— Ты свободна, можешь идти, — сказал я, смывая с рук ее кровь.

— Правда? Мой господин разрешает? Может, прикажешь с тобой переспать? — зло бросила девушка.

Я взял полотенце и вытер руки. Прошел мимо нее и тихо ответил:

— Прости, вдовы не интересуют.

Елизавета открыла рот и попыталась что-то сказать, но ничего не вышло. Отлично, значит, информация Димы — отчасти правда. Хорошо, теперь я смогу с этим работать.

Вернулся на свою раскладушку и завалился спать. Чувствовал, что за мной наблюдают, улыбнулся и закрыл глаза. Утро пролетело незаметно. Побудка, завтрак, тренировка сержанта, потом моя.

Никто не спорил и не возникал, все честно отработали положенное. Только Витя постоянно жаловался, что хочет кушать. Мы пошли на обед.

— Николай, — обратился я к пареньку, который раздавал еду. — Как вы себя чувствуете? Все хорошо?

У военного упал из рук половник, и он опустил глаза. Затем отошел в сторону и попросил другого ответственного положить мне еды. Вот, что творят дружеские беседы по душам. Вон, как рядовой Боргатов преобразился.

Сел за стол.