Девятнадцать сорок восемь Том II

Взглянув на нее и обнаружив осуждающий взгляд своей второй половины, он тяжело вздохнул и взглянул на свои руки. — Не думал, что до этого дойдет, но… Никто не может сказать о нас как о неблагодарных.

Тут глава рода стянул с пальца небольшое колечко из металла с голубым оттенком. Положив его перед Фирсом, он произнес:

— Вообще, аристократы не любят подобное делать. Есть те, кто специально не носит таких колец.

— Что это и зачем… — начал было Неогранный, но тут же вскинулся. — Вы хотите, чтобы я вступил в ваш род?

— Нет, — усмехнулся Орлов.

— Это «Кольцо долга». Вернув его мне и попросив меня об услуге, я не смогу отказать, даже если к тому времени я буду искренне тебя ненавидеть. Если твоя просьба будет в моих силах — я выполню ее.

Фирс взял в руки кольцо, отметил герб рода Орловых и аккуратно надел на палец.

— Это… неожиданный поступок, — осторожно произнес Фирс. — Спасибо огромное. Это больше, чем я мог бы себе представить.

— Рад, что ты это понимаешь, — хмыкнул Орлов, кинул взгляд на довольную жену и, взглянув на слугу, кивнул ему.

— Раз мы решили этот вопрос, думаю, пора приступать к ужину. Тем более у нас сегодня дичь.

Слуга тут же открыл двери в зал, куда тут же внесли три больших блюда, закрытые пузатыми крышками. Одно из них оказалось перед Фирсом, а спустя пару секунд слуга с невозмутимым лицом поднял крышку.

— Запеченная курица, — с улыбкой произнес парень, но тут же погрустнел, покосившись на столовые приборы.

— Повторяй за мной, — тихо прошептала Алиса рядом.

— Нет, это не курица, — с улыбкой произнес Орлов, наблюдая, как другой слуга отрезает для него ногу птицы.

— Это утка. Дикая.

Фирс, уже взявший по примеру подруги вилку, с опаской взглянул на птицу.

— Судя по твоему лицу, ты не жалуешь дичь, — заметила супруга Орлова.

— Скажем так, я ее слишком редко ем, чтобы… полюбить, — постарался дипломатично ответить начинающий предприниматель. — Если быть точным, то никогда.

Слуга положил на его тарелку кусочек грудки птицы, а Фирс покосился на подругу. Та взяла нож и аккуратно отрезала кусочек.

Парень тут же повторил за ней. Отрезал, насадил на вилку и с усмешкой произнес:

— Будем считать это местью… — после этого он отправил кусочек утки в рот. Несколько раз шевельнув челюстью, он хмыкнул, о чем-то задумавшись, и вслух негромко произнес:

— Хм… и на вкус дерьмо…

Эту фразу никто бы не заметил, если бы в этот момент не повисла тишина. Парень поднял взгляд и понял, что на него уставились все присутствующие, включая слуг.