Девятнадцать сорок восемь Том II

— Пойми, ничего личного, — произнес тот, подойдя к столу. — Работа такая, понимаешь?

Митин молча кивнул.

— Дознаватель… — со вздохом произнес старичок, взяв со стола обруч. Вертя его в руках, он добавил: — Доставлять людям боль, унижать, ломать их стержень, добиваясь того, что тебе нужно — это не для всех. Тут надо иметь определенные черты характера. А молодежь… молодежь нынче пошла не та.

Тут здоровяк скосил взгляд на старичка.

— Все со своими интернетами, блогерами и саморазвитием, — сокрушенно покачал головой старичок, надел небольшое колечко, что лежало рядом с обручем, а затем застегнул на шее Митина обруч.

— Знаешь, как в наши времена было? Хочешь саморазвития — трудись. Пахарь ты? Так паши как бог! Солдат? Так воюй так, чтобы враг улепетывал. Повар? Делай борщ, что не стыдно императору подать! А не вот это вот все…

Тут дознаватель сокрушенно покачал головой, взглянул в глаза Митина и спросил:

— Тебя звать то как?

— Гоша…

— А меня Тихим называют.

Тут дед активировал артефакт, и через тело здоровяка ударил разряд тока, отчего тело попыталось выгнуться, но ремни, удерживающие не только руки и ноги, но и торс с головой справились.

— Так-то меня Тихоном зовут, но так уж повелось, что на старость лет сон у меня стал чутким. Не люблю шум, да и крики стали раздражать. Любить стал тихие муки. Без криков и воплей истошных, понимаешь?

Дознаватель отключил артефакт через кольцо у себя на пальце и взглянул в глаза Митина.

— Старый, наверное, стал, да? Ну, что поделать, если все на что способны нынче молодые — под ногти иголки сунуть да морду набить? Нет у них тяги… к саморазвитию.

Понимаешь?

Тяжело дышащий Митин, мгновенно покрывшийся испариной, перевел покрасневшие глаза на старика.

— По глазам вижу, что понимаешь, — кивнул дознаватель и снова активировал артефакт.

Здоровяк дернулся и напрягся так, что захрустели кожаные ремни. Тело его мелко подрагивало, глаза закатились, а из горла выдался тихий хрип.

Старичок же, тяжело вздохнул, подошел к столику и принялся разглядывать свой набор инструментов.

Тут были и ножи, и склянки с разными жидкостями и еще несколько странных артефактов, похожих то ли на кусачки, то ли на ножницы.

— Интересная, кстати, вещь, — произнес он, взяв в руки один из таких артефактов после того, как отключил подачу тока. — Чукотские ножницы. Слышал? Нет? Так вот, ими можно отрезать что угодно. Допустим… палец. Только суть в том, что палец связь с твоим телом держит. Боль, в частности, ты прекрасно будешь чувствовать.