Книга пяти колец

— Я в курсе, но чемпион другой, закон запрещает людям участвовать в ритуалах вознесения!

— Он меня пробудил и он моя кровь! Возможно, последний из рода! Право крови выше всех законов! — голос владычицы гако был похож на свист опускающегося клинка, а на ее пальцах выросли когти, сочащиеся серой хмарью. Она была готова к бою, а я чувствовал, что ей не победить этого великана.

— И только поэтому вы еще живы. Он убирается из Юмэ немедленно, а ты сама знаешь свое наказание. Ты согласна или будешь оспаривать решение Изумрудного магистрата? — в голосе существа была спокойная уверенная мощь и осознание своей правоты.

— Мы согласны с волей Царства темных грез. Позволишь обнять внука на прощание, сильнейший? — она с вызовом посмотрела на безмятежное лицо существа, и впервые на его губах появилась улыбка.

— Кому, как не мне, знать, что такое право Крови. У вас обоих впереди много битв, но объятия родной крови священны.

Ардана подошла ко мне и крепко сжала в объятиях, тихонько прошептав на ухо: “Стань сильнее, мой мальчик, и, ради всех Богов, выживи!”.

***

Господин Хван, — словно сквозь тяжелую подушку ко мне начал пробиваться незнакомый голос. — Мальчик жив, он выпил слишком много Слез ранней весны и тем самым запустил процесс постижения духа. Тот, кто решил его отравить, не мог и предположить, что чай будут пить так варварски.

— Когда он очнется? — голос Хвана был тих, словно затаившаяся змея.

— Этого никто не знает, иглы, которые я поставил, помогут нормализовать течение энергии в его меридианах, но без сформированного ядра это может оказаться бесполезным и он навечно сознанием останется в царстве грез. Шансы есть, в практике моего учителя было два подобных случая и один из них успешен, на формирование потребовалось два года и помощь жрецов.

— Убью, — прорычал дедушка Бэй, а потом раздался грохот удара в стену. — Разорву на куски и скормлю этих тварей демонам! — дедушка совершенно потерял голову, если позволил себе перестать держать лицо.

— Мастер Бэй, прошу прощения, что не могу помочь ему еще чем-то, но сейчас все зависит от него самого. От силы его духа и крепкости его воли. Мы же можем только молиться.