Род Корневых будет жить! Том 1

Я очень удивился, почему это входная дверь открывается вовнутрь, а не наружу, но, когда зашли, я сразу же догадался – по снеговым лопатам, приготовленным у входа.

По всей вероятности, тут настолько сильно заносит, что после снегопада нужно откапываться. И если дверь будет открываться наружу, то придётся ждать, когда кто-то придёт и откопает.

В моём родном мире тоже есть места, где делают вот такие двери.

Хотя конечно, в случае защиты от монстров, дверь, открывающаяся наружу, намного надёжнее двери, открывающейся внутрь.

Мы зашли в помещение, и я увидел Мо Сяня.

Он сидел на корточках в углу, рядом с расстеленным половиком, на котором лежала на боку крупная волчица. Обыкновенная, не волколак. А к её соскам припали три ещё слепых щенка. Причём, один из них был альбинос.

Когда мы вошли, волчица глухо зарычала, и Мо Сянь начал гладить её по голове и что-то говорить ей по-китайски.

Волчица глянула на него и положила голову на лапы. Но я был абсолютно уверен, что нас она не выпускала из виду ни на миг.

Сказать, что я удивился, увидев здесь волчицу и ласкающегося с ней Мо Сяня, это ничего не сказать.

– Владимир Дмитриевич, барин, пойдёмте наверх! – поторопил меня Егор Казимирович.

И я понял, что ему очень некомфортно под взглядом волчицы.

Мне же… Что-то меня притягивало к ней. Не давало покоя.

И я шагнул к волчице. Сам не понимаю, зачем. Я ведь знал, что щенная сука очень опасна – материнский инстинкт заставит её защищать щенков ценой своей жизни.

Волчица моментально вскочила и угрожающе зарычала.

И я почувствовал, как чёрное ядро толкнулось у меня в груди навстречу серой матери. И мне пришлось приложить усилие, чтобы не начать пить силу волчицы.

Да, собственно, я и начал. Но, услышав, как она взвизгнула, я усилием воли подавил чёрное ядро.

Мы стояли с ней, смотрели друг другу в глаза. А вскочивший Мо Сянь метался между нами. И я не понял, кого он больше защищал – волчицу от меня или меня от волчицы…

Наконец, Мо Сянь обнял волчицу за шею и принялся гладить её и успокаивать.

Наконец, серая мать лизнула в лоб китайца, покружилась в своём гнезде и легла к нам спиной, спрятав от нас щенков.

Хотя я продолжал чувствовать направленное на меня внимание волчицы.

– Прости, – сказал я ей запоздало.

И она, вздохнув, положила голову на лапы.