Студент из прошлого тысячелетия

В этот раз он принимает форму святого отца, седобородого старика в рясе высшего ранга.

— Всё во благо, сын мой, ты станешь оружием…

— Прекрати! — я наступаю, но он отходит, а вот Ульяна не спешит, даёт ему пространство. — Уничтожь его!

— Или может ты хочешь увидеть его… — голос твари становится утробным и рычащим, в нём прорезаются нотки яростного пламени, тело разрастается.

Через мгновение, вместо церковника стоит демон. Император. Само зло во плоти.

— Я Асмодей, думаешь смог меня низвергнуть?! — грохочет он.

По тёмным латам в которые облачён гигант проходят волны огня, глаза горят, как и пламя на голове, между двух завитых рогов.

— Ты посмел бросить вызов владыке нижнего мира… Кто ещё так может? Ни один человек не смог, кроме тебя! Не правда ли? Так какой ты после этого человек…

— Хватит!

В груди будто разразился шторм, гром и режущие нутро молнии, словно миллион клинков убивающих меня.

Глава 7. Всё переплетено

— Как же меня задрали существа, которые норовят залезть в голову, — прошелестел я, призывая клинок.

— Бросишь мне вызов, человечишка? — тут же загрохотал псевдо демон, оскалившись акульей улыбкой и не сводя с меня горящих глаз.

— Нет, просто развоплощу тебя, чтобы неповадно было, — хмуро пообещал я. — А затем соберу всю энергию, что останется после распада и поглощу.

— Антон, нет! — кричит Ульяна.

— Почему? — неожиданно понимаю, что девушка попросту отказывается принимать участие в поимке. Встала в отдалении и чего-то ждёт.

Она показывает пальцем наверх, предлагая прислушаться.

Демон тоже застывает на месте, не понимая, что делать. Напасть он в таком образе не может, только психологическая атака, не более.

Вдруг шальной дух смотрит наверх и бросается влево, затем вправо, но тщетно. На него падает золотистая сеть из энергии и между нами приземляется паладин в форме надзора, убирая клинок в перстень.

Прибывший высок, косая сажень в плечах, волосы тёмные и приличной длины, собраны на затылке в хвост.

Не долго думая, прячу клинок, трансформируя в перстень. Парень хмуро обводит локацию взглядом, не обращая внимания на корчащегося в путах духа, что беспорядочно меняет образы.

— Никогда раньше не слышал, чтобы он мог оперировать такими образами, — качает головой он. — Сущности его вида оперируют воспоминаниями.