Студент из прошлого тысячелетия

Нашли, как понимаете. Теперь стоит решить, чем это дело закончиться.

Иван медленно впитывал информацию. Видимо юные алхимики перемудрили с травой и дали ему лишка. Возникла мысль сказать Ульяне, чтобы она была поаккуратнее с этим раствором. Но как возникла, так и испарилась. Просто Веня будет без сознания дольше, нам же лучше. Когда это чучело-мяучело открывает рот, общий уровень интеллекта в комнате сразу снижается. Похоже его мозги не выдержали и под давлением жира мигрировали в пестик.

Оборотень тем временем оклемался и начал говорить.

— Понимаю, господин…

— Антон, просто Антон, — ответил я.

— Понимаю, Антон, — кивнул Иван. — Сейчас, я только положу Нату в комнату.

Он разрывает когтем верёвки, поднимает что-то бормочущую в дурмане женщину и уносит в спальню.

Возвращается уже полностью собранный.

— Вот теперь поговорим…

— Есть какие-то претензии к вашим знакомым? — деловито спрашиваю я, почуяв конец дела.

— Нет, — трясёт головой он. — Никаких.

— Убита некто Целестина, по ней что скажете?

— Она мне никогда не нравилась, — серьёзно отвечает Иван.

— Считаю, что эпизод закрыт, — подвожу итог я.

— Ты отпустишь нас? — спрашивает он, внимательно рассматривая мой клинок, что опирается на стол.

— Да, но не за просто так, вы будете должны мне услугу, — отвечаю я.

— Согласен, — быстро выпаливает Иван. — Но в пределах разумного.

— Тогда не смею задерживать, в этой деревне больше не появляйтесь, в другой раз вам не повезёт, — говорю им, теряя интерес. — Мара, Маркус…

Кровососы расступаются, позволяя оборотням пройти.

— Встретимся в… — начинает Иван.

— Я знаю, где вас искать в случае чего, — отвечаю ему, прерывая..

Тот понятливо кивает, выводит уже вставшую на ноги жену из спальни.

Женщина тридцати лет, блондинка, опирается на мужа и тяжело дышит.

— Всё в порядке, родная, мы уходим…

— Куда, Вань? Твой отец нашёл нас?

Она болезненно морщится, но явно обеспокоена больше не своим состоянием, а положением дел, что сложилось вокруг них.

— Всё будет хорошо, — обещает ей Иван, кивает мне и выходит.

За ним отправляются Инга и Кирилл.

Проходя мимо меня, шерстяная решает поиграть с огнём. Чуть бросается вперёд, рыча, явно не желая навредить, а только припугнуть. Но на её шее тут же смыкается мощная рука, а ещё, над ней заносится клинок Маркуса.

Инга бледнеет.

— И кто испугался больше? — насмешливо спрашиваю я.

Кирилл замерший в дверях, от души прикладывается рукой по своему лицу.