Студент из прошлого тысячелетия

Баламутовы не так сильны, тут вы правы, без чьей-то помощи не стали бы даже пробовать.

— Скажи мне, Никушка, скажи, — елейно советует старик. — Пролей бальзам на старое сердце.

— Не знаю, честно, — крестится при этом чиновник. — Знал бы, обязательно сказал.

— Жаль, жаль, — качает головой князь. — Жаль, что те, кто со мной связался, не знают, что играют с дьяволом. За мной не станется, перетрясу каждую крысу в этом городе, но найду.

— Вы можете, — соглашается Никифор.

— Могу, — кивает в ответ князь.

— Всенепременно, — Никифор встаёт, кланяясь гостю. — Простите, Павел Матвеевич, дела.

— Понимаю, понимаю, — сокрушается старик. — Служба не ждёт. Прощай Никифор.

— До встречи, — нервно кивает чиновник.

— А вот это тебе выбирать, — уже уходя отвешивает князь, закрывая двери.

— В смысле, мне выбирать? — в глазах Никифора Анисимовича застывает паника, до него с опозданием доходят словесные кружева князя.

— Уже набираю…

***

— Убрать её? — скучающе спросила Мара, готовая в любую секунду прыгнуть на Елену и расправится с ней.

— Нет, выполняйте приказ, я разберусь, — спокойно говорю я, отправляя кровососов на задание.

Оба запрыгнули на клинки и были таковы, растворяясь в ночи. Мы остались с Суворовой вдвоём.

— Что ты видела? — поинтересовался я.

— Ничего, — не растерялась Елена, сделав при этом шажок назад, видимо слова Мары откликнулись в ней страхом.

— Пусть это так и будет, — закончил с разговором я. — Ложись спать, завтра мы вернёмся в город.

— Если завершим дело, — не согласилась она.

— А есть сомнения? — усмехнулся я.

— Теперь их стало меньше, — задумчиво ответила девушка и пошла в дом.

Я тоже отправился к себе в спальню, размышляя над событиями этого дня.

Мне нужны оборотни, крайне нужны. Задерживаться тут более я не могу.

Мыслями снова вернулся к отцу, что лежал в коме.

Обязательно стоит заглянуть в кузню, пожалуй, наш гость готов.

Немного поворочавшись, я уснул, чтобы снова открыть глаза уже утром.

В комнату кто-то мягко ступил, тревожно замерев, я проверил своих фамильяров, успокаиваясь.

— Нашли? — спрашиваю, открывая глаза.

— Нет, — окутанная мягким утренним светом отвечает Мара. — Облетели все окрестности, никаких следов.

— Это плохо, — сажусь на кровати.