Приручитель женщин-монстров. Том 1

Так что все эти мои грубости и хамское поведение создают образ, который помогает избежать немалого количества проблем. С дураков, как говорится, спроса нет. Дурак, на то и дурак, что может сперва в рожу дать, а потом спросить, как пройти в библиотеку.

И нет, беспределом я никогда не занимался. У нас, убийц чудовищ, есть свой кодекс чести. И использовать свою силу против слабаков и по беспределу сильно не поощряется.

— В итоге состоялось сражение, исход которого был логичен. Победил опытный убийца чудовищ, — адвокат покачал головой, а я аж почувствовал себя взрослым, который издевается над детсадовцами.

Ой, хорош! Наверное, час его работы стоит как новенькое рунное копьё или работа отряда убийц чудовищ по зачистке окрестностей какой-нибудь деревушки от мелких монстров.

— И ладно бы просто победил… Но он издевался над Алексеем Тимуровичем! В результате чего одна из татуировок, как и питомец, были утеряны, а мужское достоинство… кхм, — он сделал небольшую театральную паузу и продолжил:

— Органам малого таза был нанесён колоссальный ущерб, на устранение которого были потрачены огромные средства! — вновь он указал на меня пальцем.

— Я не вижу другого объяснения, кроме как садизм. Кто в здравом уме будет лишать соперника мужского достоинства?! Это бесчеловечно, жестоко и является целенаправленной агрессией! Смею предположить, что Сергей имеет скрытую ненависть к Алексею, а Елизавета стала лишь хорошим предлогом!

— Я много раз замечал на себе его злые взгляды! — раздался козлиный выкрик из зала.

— Что и следовало доказать, — адвокат покачал головой. — Уверен, захоти Сергей, он не получил бы ранений от птиц Алексея. Так что получил он их специально, чтобы выставить из себя жертву! Я всё сказал. Спасибо, что выслушали.

— Студент Сергей, вам есть что ответить? — поинтересовался директор.

— Я, честно говоря, так заслушался, что аж сам поверил в свою вину! — рассмеялся я. — И даже не знаю, чем возразить. Здесь есть только наши с Лизой слова, против их слов.

Ни свидетелей, ни записей с камер видеонаблюдения, ничего нет. Лишь слова двух аристократов. Козёл и его адвокат…

— Козловский я! — перебил меня тот.

— …могут говорить, что угодно. Я могу говорить, что угодно. Но без доказательств, всё это, — раскинул я руки в стороны, — откровенный фарс. Поэтому давайте сэкономим всем нам время… Я признаю всю вину!

От моего заявления челюсть уронил даже адвокат, а Лиза превратилась в каменную статую.