Наследник с Меткой Охотника

То есть, ремонтных работ нет, можно набирать скорость. Но я и набрал... Млять! Всё тут... аномально! Простите ещё раз. Но, к счастью, недалеко до вашего отеля идти.

Я ещё раз покосился на пробитое колесо. Жаль мужика. Вроде и работу свою сделал, а остался без оплаты, ещё и в минусе.

Я молча достал из кошелька купюру в две тысячи и протянул ему. Он удивлённо уставился на меня.

— Бери, пока я добрый! Больше не дам, сам на мели.

— Да что вы... Спасибо! Спасибо! — закивал он, принимая деньги.

Я улыбнулся и сказал:

— Вот видишь, не всё так плохо в этом городе?

Посмотрев на меня, он хмыкнул и, покачав головой, ответил:

— Ну вы ведь не местный.

— И то верно.

Оставив таксиста менять колесо, я пошёл в указанном им направлении. Можно было пройти по проспекту, а затем свернуть на бульвар...

А можно было срезать через дворы, что я и сделал.

И вот иду я, руки в карманы, по тропинке под сводами разлапистых клёнов, любуюсь природой, смотрю на пошарпанные пятиэтажки, как вдруг:

— Эй, паря! А ну-ка постой!

Я аж с шага сбился.

Пытаясь удержать улыбку, чтобы не распугать народ, я обернулся на голос.

Пятеро парней в спортивных костюмах, поднявшись с лавочек возле кустов, уверенно направились в мою сторону. Самый первый из них, бритоголовый здоровяк в синем костюме в белую полоску, шёл вразвалочку чуть впереди остальных с видом льва, обходящего свои владения.

— Чё, народ, не спится? — спросил я. — Или вы на утреннюю пробежку вышли? Молодцы! Спорт продлевает жизнь.

— Ты чё такой дерзкий, а? — остановившись в полуметре от меня, дёрнул губой бритоголовый. — Есть телефон позвонить?

— Прикинь, нет! — хохотнул я. — Был, да я его смыл! Сейчас сам думаю, какую трубку лучше взять!

— Ты мне зубы-то не заговаривай, мажорчик, — скривился беловолосый.

У меня зачесалась левая ладошка. Это ж к деньгам! Я достал руки из карманов.

Бритоголовый напрягся, готовясь мне вдарить.

Я начал правой рукой чесать левую ладошку.

Глаза парня округлились, он тут же сдал назад:

— Простите, ваше благородие, — парень тут же склонился в поклоне и зачастил, — не признали-с... Бес попутал! Благородные тут у нас... не ходят-с, вот и обознались.