Возвышение Меркурия. Книга 1

Хотя, судя по твоему лицу, доходит это далеко не до всех.

Тот вполне натурально рыкнул, а сидящая через пару столов от меня блондинка, ещё и подбодрила эту обезьяну.

- Вмажь ему уже, Скворцов! Напомни смерду его место!

Откуда у людей эта страсть к унижению себе подобных? Я понимаю, когда речь шла о мести врагу или ответе на чью-то агрессию либо предательство. Это логично и объяснимо. Но чаще всего они делали это просто ради того, чтобы потешить своё эго.

Я уже был готов напитать один кулак божественной силой, применив самый грубый способ успокоения буйного смертного, но тут на него прикрикнул тот самый старичок и верзила уселся за второй стул, что оставался целым.

Не успел я сделать вид, что слушаю преподавателя, как снова почувствовал колебание нити, вслед за которым уши уловили и грохот. Задиристый варвар опять лежал на полу, потирая ушибленную руку, а над его головой носился клекочущий Сандал.

Судя по тому, что реакция иных студентов отсутствовала, звуки, издаваемые ястребом, были слышны только мне.

Хотя, пожалуй, было бы странно, начни смертные слышать божественных спутников в их призрачном состоянии.

Зато криками и матом рухнувшего верзилы, наслаждалась вся группа. Правда, преподаватель этого не оценил - на этот раз он вовсе вышел из себя и выставил парня из аудитории. Ещё и записал что-то в документ, который назвал журналом. То ли поставил отметку о плохом поведении, то ли что-то вроде этого.

Я же задумчиво рассматривал Сандала, который рассекал воздух под потолком. Второй раз птица атаковала без моей команды.

А ещё меня здорово интересовал вопрос кусков металла, которых теперь стало четыре. Сможет он провернуть такой же фокус с чем-то ещё? Особенно, если просто коснётся определённой вещи, а не станет её перед этим ломать?

Через пару минут после того, как того дикого варвара выставили за дверь, группа полностью успокоилась и я получил возможность спокойно подумать. В речь преподавателя я не вслушивался. Безусловно, мне потребуется как-то интегрироваться в местное общество.

Но что-то подсказывало, разбираться в том, что эти варвары называли “классической литературой”, для этого совсем не обязательно.

Случай поставить эксперимент представился уже скоро - дождавшись, пока группа начнёт что-то записывать, я послал Сандала к карандашу, который валялся на полу. Приказал коснуться его и попробовать перевести в призрачное состояние.

Когда у ястреба всё получилось, я довольно усмехнулся. Похоже, Сандал может служить не только оружием.