Дан Звездолётчик

—

***********************************************************

По факту это означает, что он только что объявил себя и своих близких моими прямым вассалами, как потомка и наследника того самого Первого Императора. Но тут интересно, вассалов казнят только в одном случае, измена. И я не могу их наказать. На измену, то что произошло не тянет. Но, любопытно другое. Любая свободная девушка из семьи вассала, потенциальная наложница и не может отказать. Правда я не слышал, не читал в истории, чтобы императоры хоть раз воспользовались подобной привилегией.

Нравы там и тогда были довольно свободные и императоры, любили девушек и женщин, их было всегда много, как сказали бы в моем времени, гаремы. Но там никого не принуждали, по другому всё было. Но все равно, любопытно получается.

************************************************************

Думаю я и киваю, принимая этот личный вассалитет, а затем вопросительно смотрю на барона и Лию, барон улыбается в ответ, передаёт право и объяснится дочери, но тут внезапно вступает в разговор его жена и я понимаю, кто тут серый кардинал.

—Даниил, извините нас. Барон был против, и дочка не в восторге, но я посчитала удачным так поступить. Простите глупую женщину, я была уверена, что наследнику ничего не грозит, а так, всё будет выглядеть более естественно. — Говорит она, потом вновь улыбается и продолжает:

—Дочка влюблена, была влюблена в Андре Ратиньо, мы не были против их отношений.

Они уже взрослые. Потом они вроде расставались, мирились. И вот он в очередной раз приехал, просить разрешения забрать ее. Она все-таки пока еще не может сама решать. А она опять то да, то нет. Нам надоело и я предложила, немного поставить его на место и напомнить дочке об ответственности. Так и родился этот план. Ну а теперь, пусть Лиа сама ответит Наследнику.—

И все смотрят на эту очаровашку, та гордо выпрямляется и потом говорит:

—Даниил, извини меня. Я готова поступить в соответствии с кодексом.

—

Я улыбаюсь в ответ и вспоминаю, что эта церемониальная фраза по факту означает, что я сейчас имею полное право утащить её в спальню и делать всё что хочу. Но так никто и никогда не делал из Латинов. Мы только по симпатии и добровольно.

И я заявляю в ответ, не менее известной фразой:

—Латины не примут такого служения, мы в нем не нуждаемся, но мы не отказываемся от общения, а дальше …..жизнь покажет.