Сын Моржа и Куницы

— Мне по вашему счёту лет двадцать пять.

Окинув её откровенным взглядом, Егор признался:

— Больше двадцати бы не дал. Даже сейчас.

Огневолосая густо покраснела, одергивая на себе лохмотья.

— Чего пялишься! У тебя что-то из одежки сохранилось?

И тут седой подал голос, простонал невнятно. Девица тут же забыла про свой внешний вид, бросилась к напарнику. А Егор тем временем огляделся.

Выкинуло их к оживлённой дороге. Мимо с шумом проносились автомобили, громыхали и пёрхали сажей грузовики, ползли автобусы всех мастей, от микро и до трёхсекционных гармошек.

Мелькали и такси со знакомыми шашечками на жёлтых бортах.

Вся эта машинерия выглядела будто прямиком из восьмидесятых или даже старше. Хватало новеньких и блестящих корпусов, но с угловатым дизайном и рыбоглазными фарами. Точил и зубил тоже в достатке, аналоги «девяток» и «десяток» составляли едва ли не треть потока.

Изредка по асфальту катили кареты. Натуральные кареты, лакированные, блестючие мелкими оконцами и богатой золотой вязью по вычурной формы корпусу.

Без конной тяги и даже без окон спереди. Кто и как двигал такую диковинку, со стороны понять было невозможно. Пару раз на запятках карет стояли здоровенные гайдуки в яркой полувоенной форме, крепко держась руками в белых перчатках за особые золочёные или серебрёные скобы.

Палило солнце.

Сладко пахло разогретой зеленью: липами, акациями, ещё чем-то знакомым. Почти так же, как в тот день, когда Егор покинул привычный ему мир.

Вдоль дороги тянулся широкий тенистый бульвар, плотно усаженный мощными раскидистыми деревьями и отделённый от дороги и тротуара тем невысоким заборчиком и кустами, с которыми так близко познакомился Егор.

В отдалении торчали верхние этажи домов, с серыми и охристыми стенами.

Куней справилась со здоровяком, перевалила его через оградку и затащила за кусты, укрыв от взоров пешеходов и водителей.

Устало опустилась на траву и требовательно протянула руку к Егору.

— Рюкзак свой дай, разбодяживать тебя будем.

— Чего?!

— Грабить буду! — и девица подскочила, полная сил.

— А ваши… А, ну да, та синяя дрянь.

— Ага. И мою котомочку, у южных кожевенных мастеров справленную, и мешок этого обалдуя, — горюнилась рыжая. — Одёжку сменную, три пары. Нож костяной артефактный, из рога единорога, один. Флягу бесконечную, из лунной меди кованую, одну. Трусики… Так, это тебе не по возрасту, но всё же — пять! Карту денежную, одну. Нет, две! Кошелёк… ой!

— Шубу отечественную, три, — поддакнул Егор.

— Этого не знаю.