Сын Моржа и Куницы

В центре пламенного диска разверзлось отверстие, куда Егора и втянуло, будто огненный великан мошку вдохнул.

…Свалился Егор в море.

С плеском, шумом, глубоко уйдя под воду.

Он сразу понял — море, по горькой соли во рту. Ну и волны здесь недетские, накрывали с головой. А прибой шумел далеко, особенно для того, у кого кость тяжёлая.

Но обида так жгла, что Егор яростно замолотил руками и ногами. Молотил и молотил, борясь с тем самым привычным ломиком и совершенно новой тяжестью, промокшим рюкзаком на спине.

Вбивал руки и ноги в воду, отталкивался. Снова и снова. Яростно и зло. Даже помстилось, что стальной лом в груди не столько мешает, сколько помогает, увлекая за собой.

А потом — раз! И опора под ногами. И воды по пояс.

Лишь тяжёлые волны бьют в спину и мотают в холодных объятьях.

Егор выбрел на пологий пляж из крупного чистого песка, скинул рюкзак и упал, задыхаясь. И подумал, что как-то многовато приключений за последние дни.

Сплюнул тягучей, горькой слюной и крикнул:

— Старый козёл!

И ещё раз.

Потом просто шептал проклятья вероломному напарнику рыжевласки.

Утёр с лица воду, отжал волосы.

Поднял взгляд.

Умолк.

На бледно-голубом небе, в стороне от неяркого солнца, почти над самым горизонтом висели два белёсых пятна. А сильно левее — ещё одно, маленькое, едва заметное, полумесяцем. А почти над головой, невысоко, расплывалось круглое дымное облако, быстро уносимое свежим ветром.

Егора передёрнуло в ознобе. Он нервно огляделся, схватил рюкзак, вывалил из него упакованные в толстый полиэтилен вещи прямо на песок.

Выхватил длинное, почти в локоть, грубо сделанное мачете, купленное вчера у старика на рынке, и лишь после этого позволил себе вздохнуть.

Постоял, вертя головой и замерзая под свежим прохладным ветерком. Воткнул нож в песок, вытряхнул воду из рюкзака, как смог, отжал пенку и принялся складывать вещи в рюкзак, запихивая грубо, лишь бы побыстрее, и чтобы влезли. Теперь тот бугрился, будто в него напихали камней.

Пострадавший от воды мобильник сунул во внешний карман.

Закончив собирать свой походный набор, внимательно осмотрелся.

Широкий песчаный пляж переходил в крутые берега, сложенные из грязновато-жёлтого песчаника, накрытого поверху толстенным слоем чернозёма, местами свисающим крупными, поросшими травой, ломтями. Снизу берега были сильно подмыты, на метр или более вглубь. А наверху росли невысокие кусты, виднелись и деревья, похожие на вязы или каштаны.