Сын Моржа и Куницы

Он вспомнил яростные словесные баталии «один против пятерых» и… И тут же насторожился. Приятели отца подозрительно затихли, а рядом зашуршал песок.

Так, сейчас начнётся. Егор, не скрываясь, тяжело вздохнул.

— Хороша азиатка? — послышался голос отца. Высокий, крепкоплечий и светловолосый, он с довольной миной на лице рассматривал сына.

Стянув с головы панаму, Егор сел и укоризненно уставился на него.

— Опять? Кстати, где я спалился?

Отец усмехнулся и ответил по-своему:

— Ты гляди: высока, стройна, на лицо мила… вроде.

— Хороша. Но не моё, — отрезал парень.

— Тебе на днях четырнадцать стукнуло, а ты всё без девчонки. Какое «не моё»? У тебя гормон должен копытом бить, а ты — кидаться на любое с сиськами и… кхм.

Егор картинно закрыл лицо руками и провыл волком. Приятели отца захохотали. Всю неделю, что Егор с отцом гостили в родном Липецке, эти сценки повторялись регулярно, но приесться ещё не успели.

— Серьёзно, — отец насмешливо фыркнул и утёр пот с лица красного от жары. — Сходи, познакомься.

— Нет уж. Пойду, но не туда, а туда, — и Егор махнул в сторону островка.

В этом месте остров Зелёный разделял реку Воронеж на два неравных рукава. Правый был поуже, на нём устроили центральный городской пляж и протянули понтонный мост к острову. С той стороны протоки тоже был пляж, но поменьше. Остальная часть острова изрядно заросла осинником да ивняком.

— Точно! — хлопнул в ладоши один из приятелей отца, Степан Маркович, мужчина серьёзный до изумления. Он даже на пляже пребывал в наглаженных брюках и новеньких туфлях. Рубашку, правда, снял. И теперь щеголял парой бугристых шрамов на боку. — Там же отличная ежевика растёт! Помню, в детстве по кустам набирал целое ведро.

— Ведро? — не поверил Николай, другой приятель отца, худой и чернявый, похожий на дрозда. Отчества его за всю неделю Егору так и не довелось услышать.

— Пару литровых банок точно. Тут же и продавал, на пляже. И шёл искать подружку на вечер. Кино, мороженое…

— Вот! — обрадовался отец, подмигивая Егору. — Сбегай туда, вдруг какую ежевичку найдёшь. — И он со значением подвигал бровью.

Тот лишь опять вздохнул, мысленно плюнул, сложил покрывало и бросил свои шмотки к вещам отца. Подтянул плавки, кивнул тёплой компании и двинулся к мосту, загребая голыми ногами горячий песок.