Сын Моржа и Куницы

Егор облизнул внезапно пересохшие губы.

Отвёл взгляд и продолжил:

— Но я так и не понял, это учебник или сборник притч?

— А у вас что, совсем другие учебники?

— Ну да, у нас всё по разделам, от простого к сложному. Шарики, там, которые катятся, грузики, которые падают. Стеклянные колокола, битком набитые вакуумом. А тут какие-то байки: кто и где колесо изобретал, а кто мешал, натравливая разгневанных духов предков. Кто и когда египетские пирамиды сверлил, а кто вандалов ловил и в уксусе варил. И кто какие гайки на рельсы во время Великой войны клал, чтобы, значит, паровозы набок падали.

С помощью правила рычага.

— Да, — согласилась рыжая, — это они лишку дали. Рычаг или нет, а с гайками ни чёрта не выйдет, надо специальную колодку собирать, чтоб колесо соскочило.

— Что?!

— Книга у тебя? Дай посмотреть.

— Не, я там оставил, у механика.

— Хорошо, сама спрошу.

— А, кстати, мы куда идём-то? — озаботился Егор.

Они уже почти добрались до станции.

Впереди, меж деревьев, виднелась насыпь и рельсы.

Так-то Егор не против прогулки.

Что ни говори, а другой мир — всегда интересно посмотреть, что и как тут устроено. Опять же, он здесь на целый год. Надо вживаться в общество. Да и Куней — мечта анимешников: и сверху, и снизу, да и одёжка лёгкая, ничуть богатства не скрывающая. А уж как швыряется огнём!

Умению швырять огнём Егор завидовал.

Объект зависти оглянулась, слегка нахмурилась и ответила:

— Я — на телеграф, надо сообщение Островным отбить. Не нравится мне, что с Мелвигом происходит, не должно быть так.

Видел, он плакал?

— Ага.

— Не может Островной слёзы лить, он же волк и мощны его лапы. Первый раз хныкающим вижу. Что-то с ним… неправильное. Поломалось внутри.

— Это из-за ядра так плохо?

— Скажи, зубы у тебя когда-то болели?

— Ещё бы, особенно в юности.

Куней вновь обернулась, бросила нечитаемый взгляд на очень взрослого спутника, двинулась дальше. И продолжила:

— Вот зуб болит, ноет, дёргает, в голову боль отдаётся. Жить невозможно! И Мелвиг сейчас как тот больной зуб.

Представь, что ты — весь целиком — как нерв в том зубе.

Егора передёрнуло, живость его фантазии иногда доставляла проблемы.

— Ясно.

— Я с утра побегала, достала кое-чего. Но решила написать северным знакомцам, может подскажут как правильно лечить. Не бойся, дело не затянется. Я быстро, один хвост тут, другой там. Пять минут. А ты на улице подождёшь, на людей посмотришь, а то и поговоришь. Но если кто из Народа попадётся, не приставай.

Егор неопределённо хмыкнул.