Музыкант. СССР-85

— Вырывается у Ромки, а Руслан нервно добавляет: — Принесло, кого не ждали.—

Тут и Наташка включилась, она виновато смотрит на меня, потом обреченно вздыхает и говорит:

— Это за мной.—

И тут же продолжает, обращаясь уже ко мне:

— Он не должен был приехать, кто-то сказал. Извини Даня, я не хотела, но так получается. Опять получается так, а я не хочу, чтобы ты из-за меня пострадал. Не вмешивайся, пожалуйста.—

Я смотрю на неё с грустной улыбкой, а потом отвечаю:

— Всё только от тебя зависит, пора выбирать, чего ты хочешь сама.

И я улыбаюсь, продолжая:

— Я и раньше то был не подарок, а сейчас и вовсе, меня лучше не трогать. Только девушкам и нежно.—

Несмотря на нервность ситуации, народ на это высказывание рассмеялся и напряжение немного спало, а подошедший парень, которого я по-прежнему держу в поле зрения, немного недоуменно посмотрел на нас и спросил презрительно кривясь:

— Наташ, а ты что с этими малолетками опять делаешь? Я же говорил тебе.

Я пока молчу и смотрю на неё, ребята тоже примолкли. Напряглись, но молчат и видно, что они этого чёрта побаиваются.

А Наташка неожиданно собирается с духом и похоже делает свой выбор, заявляя ему прямо в лицо:

— Я не хочу с тобой идти, Серый. Я останусь тут с друзьями.—

И тут он делает ошибку.

— А я тебя не спрашиваю.

Ребята тут же вскакивают, но молчат, потом Руслан не выдерживает и говорит:

— Серый, так не по правилам, так нельзя, ты же знаешь?—

Но тот ухмыляется и отвечает:

— Что хочу, то и делаю, моя девка. Или кто против?—

И тут уже я не выдерживаю, откидываюсь на спину, гляжу на него с ухмылкой и спрашиваю:

— А она в курсе? Может её спросить надо? У нас вроде рабство ещё при царе отменили? Хотя, ты наверно не в курсе, явно ведь в школе проблемы были, сила есть, ума не надо.

Откровенно издеваюсь я, по-прежнему лежа и он не выдерживает, отталкивает Наташку в сторону и приседает рядом со мной:

— Видимо рассчитывая на разговор? Наивный мальчик. — Думаю я и резко делаю «вертушку», проводя нижнюю подсечку.

Он валится на песок, а я уже сверху, у него нет преимущества ни в силе, ни в позиции и он обречен.