Метафизик 1

Мне известно, что я пользовался для просмотра кино какими-то специальными приспособлениями, но их названия упорно не желают восстанавливаться в памяти.

Может, оно и к лучшему? Если бы я помнил прошлую жизнь, то непременно зацикливался бы на ней. Переживал о каких-то своих поступках, думал о тех, кто остался жить там... Я пытаюсь убедить себя, что так и есть. Так или иначе, я урвал свой шанс попробовать еще раз...

Вот только что мне пробовать, когда Конфуций недвусмысленно дал мне понять, что сегодня я отправляюсь в изгнание? В одиночку эти негостеприимные земли сожрут меня, не моргнув и глазом.

Мой уровень знаний об окружающем мире сопоставим с уровнем знаний восьмилетнего ребенка, а способность к выживанию, должно быть, и того меньше. Эти сутки я продержался только потому, что меня приняли за другого.

В какой-то момент я понимаю, что упадническое настроение завладевает мной целиком и полностью — и мне это не нравится. Ну уж нет. В конце концов, я ведь не просто так ринулся в тот портал? Я пытался что-то доказать.

Может, не кому-то другому, а в первую очередь себе. Значит, пора направить свою рефлексию в иное русло. В то, где я смогу что-нибудь придумать. В то, что даст мне шанс на выживание.

«Игра только начинается», — убеждаю я самого себя.

Затем делаю вид, что поверил себе, прохрустываюсь спиной и суставами, после чего с уверенностью рок-звезды подхожу к дверям и распахиваю их с улыбкой на лице.

— Всем доброго...

Я замолкаю, запоздало поняв, что коридор пустует — раздражавшие меня звуки, по всей видимости, доносились откуда-то снизу.

Ну и ладно. Сам справлюсь.

Поправив свой нарядный сюртук (чуть помявшийся, поскольку ночью у меня не оставалось сил, чтобы переодеться в спальный халат), я спускаюсь на нижние этажи крепости. Здесь, наконец, появляются люди. Слуги кланяются мне по пояс, а члены клана приветствуют меня витиеватыми эпитетами. Что ж. Очевидно, Конфуций пока не стал никому рассказывать, что я самозванец. Оно и понятно: объявив меня самозванцем, он выставит себя полнейшим дураком, и весь его накопленный за долгие годы авторитет пошатнется.

Может, даже рухнет. Хм... Авторитет, что может пошатнуться...

Я прищуриваюсь, понимая, что нашел зацепку. В этот момент в моей голове наконец-то начинает созревать план.

Старейшины. Те, что сидели вчера за одним столом со мной и Конфуцием. Наверняка среди них есть те, кого... не совсем устраивает текущее положение вещей.