Метафизик 1

У меня есть не только секретные миссии, что я обязан выполнить во славу нашего клана, но и обязательства… в том числе и по отношению к твоему отцу. Как мне не тяжело это говорить, но мы не можем позволить себе поддаться эмоциям, не можем устремиться навстречу порыву страсти.

Полагаю, актер из меня откровенной хреновый, но Кьяльми, похоже, поверила сказанному. С глазами, блестящими в уголках, она медленно отстранилась от меня и покорно кивнула.

— Да, Грэй… Я все понимаю. Судьба… она уж такая.

Я вздохнул так тяжко, словно только что мой мир обрушился в тартарары.

— Если позволите…

— Конечно, Грэй. Ступай. Вот, только… — Я внутренне замер, опасаясь очередной тирады, когда Кьяльми передала мне в руки тарелку с печеной уткой: — Возьми, покушайте там с ребятами…

— Спасибо, Кьяльми.

С неистово колотящимся сердцем я двинулся в сторону коридора, стараясь не пересекаться взглядом с моей не сложившейся любовью.

«Кажется, после такого мне понадобится еще не одна бутылка вина», — подумал я, закрыв за собой дверь на террасу.

* * *

— Да, за пивом и вином мы неплохо проводили время. — Фан Лин произносит это таким вымученным голосом, что я почти уверен, что следующей его фразой станет «больше никогда не буду пить». — Поболтали о всяком, даже песни попели под лютню. Но ведь… Это никак не помогает нам понять, где, черт побери, мы находимся.

Ругающийся Фан Лин — это нечто новое. Жаль только, что у меня такое состояние, в котором нет сил даже немного над поиронизировать над товарищем.

— Судя по всему, — усевшись на кровать, выдавливает из себя Илиас, — мы в каком-то частном доме, не в квартире. Я бы даже сказала, что вся вот эта облицовка кажется мне смутно знакомой…

— Как тебе это удается? — спрашиваю я у нее. — Быть мастером своего дела и мастером… вечеринок, после которых просыпаешься непонятно где.

— О, мой хороший, — стряхнув с лица свои огненно-вишневые волосы, Илиас подмигивает мне, — этому мастерству я училась долгими годами, и…

Илиас затихает на полуслове, поскольку с противоположной стороны двери доносится скрежет — как будто кто-то шкрябает вилкой по дверной панели.

Мое сердце мгновенно уходит в пятки — особенно когда скрежет повторяется и становится гораздо громче и зловещее.

Глава 26

— Это он! — вопит Илиас, завернувшись в одеяло и вытянув в сторону двери дрожащую руку.