Метафизик 1

— Если считать время, проведенное в казематах инквизиции, то целых две недели, — поправляю я. — Ну, а ты что скажешь, знаток города восьмидесятого уровня?

— Что? — дергает бровью Илиас. — Я… Похоже, мы где-то в северных кварталах города. Как нас занесло так далеко от вашего особняка?

Я вновь пожимаю плечами и отхожу от окна. Моя левая нога натыкается на бутылку, и та со звоном катится по полу, пока не врезается в еще одну. Интересно, в этом мире уже придуман боулинг?

— Это что, — активизируется Фан Лин, шагнув к пнутой бутылке, — остатки вина?

Фан Лин поднимает бутылку к свету, и Илиас проворным движением выхватывает ее из его рук.

— Дай-ка понюхать. — Адвокат ловко откупоривает пробку и делает глоток. — О да-а, жизнь налаживается… — В ответ на мой недоумевающий взгляд она поясняет: — Это вино. Глоточек?

Пить с утра — дурной тон, но ради благого дела я готов идти и не на такие жертвы.

— Темный мускат, — бормочу я, перекатывая остатки жидкости по полости рта.

* * *

— Миледи Кьяльми. — Я ввалился в крытую террасу с откупоренной бутылкой вина в руке. — Позвольте угостить вас.

План, на мой скромный взгляд, просто безупречный. Вместо того, чтобы, подобно шкодящим детям, постоянно скрываться от зоркого взгляда надсмотрщика, можно сделать гораздо проще. Не то, чтобы я горел желанием время от времени отлучаться от главной тусовки и предлагать выпить матери Лиары… Но это всяко лучше, чем быть пойманным ею на горячем и выслушивать нравоучения о том, что в молодости она такого себе не позволяла.

— Ах, лорд Грэй! — Кьяльми, сидящая перед столом, ломящимся от еды, игриво мне подмигнула. — Вы что это, решили споить пожилую леди? Экий вы проказник.

— Бросьте, миледи, — я присел рядом и быстро придвинул на край стола пару бокалов, — я лично отрежу язык каждому, кто посмеет назвать вас пожилой!

Мне стало дико дискомфортно от собственного подхалимства.

— У вас такие галантные манеры, лорд Грэй. — Опустошив бокал и заев вино куском печеной в яблоках утки, Кьяльми как будто невзначай придвинула свой стул поближе к моему. — Впрочем, чему я удивляюсь? Вы ведь побывали в десятках миров.