Зверобой. Том 4

— Не волнуйся, мы поправимся вместе, — сказали они одновременно и начали хихикать.

— Делайте, как знаете, — сказал я, поднимая старинный огромный арбалет и протягивая его Тэте. Она едва смогла его удержать.

— Это что? — раздражённо спросила она. Арбалет был громоздким и почти с неё ростом.

— Ну, это очевидно очень старый арбалет, — ответил я.

Тэта выглядела недовольной…

— У него крайне низкая точность, — добавил я, и её глаза заблестели…

— Спасибо, — пробормотала она. Несмотря на низкую точность, с таким арбалетом, по её мнению, можно нанести огромный критический урон.

— И это тоже возьми, — сказал я, протягивая ей украшение для волос в форме кошки. Это не был артефакт, но она мило улыбнулась, получив его. Ей действительно нравятся милые вещи.

— А теперь… вот это, — я поднял ещё одну вещь и бросил её Гамме. — Я думаю, оно тебе подойдёт, — сказал я, когда она, нахмурившись, поймала металлический шарообразный артефакт.

— Что это? Бомба? — спросила она.

— Ты не знаешь? Я достал это из хранилища вашей семьи! — воскликнул я.

— Нет. У нас нет информации обо всех сокровищах, которые наша семья накопила. Это потребовало бы слишком много знаний от разных людей. Нам рассказывают только о самых важных сокровищах, — объяснила она.

— Ваша семья хранила его вместе с камнями и минералами… Они не знали, что это такое… Думаю, у них не было оценщика с достаточными полномочиями, — сказал я, указывая на свой глаз.

— Это око? — спросила она.

— Да, эта штука невероятная. Она называется Лунный глаз. В описании сказано, что это один из 21, — небрежно добавил я.

— Что это даёт? — спросила она, облизывая губы.

— Попробуй, — предложил я. У нее итак уже не было одного глаза.

Она колебалась, медленно снимая повязку.

Ей нужно было вставлять артефакт внутрь. Как только он оказался достаточно близко к глазнице, он засиял и, подобно ртути, влетел внутрь. Заставив Гамму закричать от боли и упасть на колено, когда она держалась за голову, прикрывая глазницу рукой.

Девушки испугались, но, увидев моё спокойное лицо, успокоились и стали ждать.