Слабейший из Сильнейших! Том 2

Клинок меча медленно вошёл в голову Мустафы. Голову, что начала расползаться в тенях. Самир ощутил, как на его спину облокачивается чужая спина. Его план провалился?

— Ну да, нельзя, — согласились сзади. — Но нужно ли останавливать? Как жаль, что чтобы выполнить весь этот план тебе нужно о нём подумать. Обидно, правда?

Мустафа вальяжно опирался на тело Самира, словно эта спина была удобным покосившимся деревом, на которое можно прилечь передохнуть жарким летним днём.

Самир резко обернулся, чтобы зарядить Мустафе по его наглому лицу хотя бы кулаком.

— Как ты со мною драться без оружия-то, собрался?

Самир метнулся к трону. Кинутый меч воткнулся в камень и теперь торчал из спинки мраморного трона. Но добежать он не успел, ведь меч пожрала тень, как только парень к нему потянулся.

На троне вновь сидел Мустафа и он показательно завершил прерванный хлопок.

— Хло-оп, — медленно произнёс он и откинулся на спинку трона.

Он аккуратно поправил очки указательным пальцем и сложил руки на груди дожидаясь хода парня. Самир замер, пытаясь прийти в себя. Он сделал всё так, как и было задумано. Он был уверен, что всё идёт по плану. Так почему он стоит безоружный напротив врага, а тот смеётся ему в лицо? Что пошло не так? Это и был его план? Почему он ещё не сдался? Его тело предательски попятилось назад.

“Серебряная цепочка на шее. Сорви её!” — прозвучало в голове. Это были не его мысли, но кого это сейчас волновало?

Одно движение и цепочка, которую он раньше вовсе не замечал, превратилась в до боли знакомый кинжал. Мысли пришли в движение, а лицо Мустафы резко исказилось от понимания, что его провели. Память начала возвращаться. Да, всё шло по плану. Как же удачно всё сложилось.

— Урод! Так ты…

Самир сделал шаг назад и не оглядываясь, спрыгнул спиной вниз с парапета. Трон находился на достаточном возвышении, чтобы он успел совершить задуманное. Из его уст полились строки заготовленного заранее заклинания:

“Под лунным оком,На изнанке мира,Померкнет свет и растворится тень”

Слова отражались от стен гулким эхом.