В новом мире грязь всё та же

Голодные люди исполнили мои указания, заодно я сразу показал им, что настроен доброжелательно. В будущем то, что они запомнят меня с лучшей стороны может сыграть немалую роль в их решении меня приютить.

Также тихо и незаметно (что не удалось бы, не будь разбойники полнейшими разгильдяями по натуре) вернувшись в шатёр, я разбудил Артёма.

— Я покормил твоих людей, пока ты спал. — Сказал я.

— Спасибо…

— Не стоит, я ведь обещал.

Он слабо улыбнулся мне, я в ответ кивнул. Далее мы изображали наш обычный день: я бездельничал, наворачивая круги и прочие фигуры по лагерю, он молча следовал за мной с недовольным лицом.

К вечеру в лагерь прибыла группа ещё менее приятных с виду людей. Перед ними выстроили имеющихся пленных, они выбрали нескольких, заплатили и ушли. Артём едва сдерживался, наблюдая за этим. Я же лишь понимал, что это обстоятельство сильно ужимает нас в сроках.

В шатре Артём едва не накинулся на меня, заговорив обвинительным тоном:

— Вот о чём я говорил. — Бросил он мне.

— Среди тех, кого забрали, не было детей. — Парировал я.

— И всё равно, — не унимался Артём, — они забрали тех, кого я хорошо знал. Знакомо ли тебе, каково это, жить общиной настолько дружной, что каждый сосед тебе как брат?

— Нет. — Ответил я уже грубо.

— Конечно нет… Уж точно не тебе. Для тебя это просто незнакомцы, тебе плевать, что с ними сделают.

— Да, ты прав. Мне абсолютно наплевать.

Он смотрел на меня, широко раскрыв глаза и не зная, что ответить. Только открывал и закрывал рот, захлёбываясь то ли разочарованием во мне, то ли возмущением. Я продолжил:

— Повторюсь: я не тот славный парень, каким ты, быть может, меня видишь. Наше сотрудничество обоюдно выгодно, но не более того. Мы не друзья, не товарищи и не братья. Я помогу тебе спасти сестру и тех, кого спасти можно, но не жди от меня самопожертвований и прочих подвигов.

— Понял…

После этого разговора он начал смотреть на меня иначе, с долей отвращения. Уверен, что в его глазах я теперь всего лишь меньшее зло, с которым ему придётся смириться ради тех, кого он считает людьми по-настоящему достойными. Но да мне и без разницы, что он там считает. Мы сверстники только телами, жизненного опыта ему набраться ещё только предстоит.