В новом мире грязь всё та же

Взгляд её был цепок и хитёр, она сразу поняла, чего я здесь рыщу, поманив рукой и постучав пальцем о деревянную поверхность перед собой.

Я мельком осмотрелся по сторонам, вытянул из внутреннего кармана песочные часы и положил их перед ней. Женщина покрутила вещицу в руках и сказала:

— Сотня. Лучше цены не найдёшь.

— Простите, я не местный. Сотня — это сколько?

Она от души посмеялась, чуть не плача, и лишь закончив ответила:

— Ворованное сдаёшь, не зная цену деньгам, — она снова прыснула смехом, — за десятку комнату в таверне снять можешь и пожрать там сверху.

— А-а, понятно.

— Ну так что, по рукам?

— Другого выхода у меня всё равно нет.

Она достала мешочек с звенящими монетами внутри, высыпала их на стол, принялась считать. На монетах была изображена крепость с одной стороны и профиль какого-то мужика в короне с другой. Пересчитав дважды и отложив лишнее, хозяйка собрала мою сотню обратно в мешок и отдала мне. Я сразу же удалился.

Сделка произошла быстрее, чем я ожидал, у меня было ещё несколько часов до того, как извозчик отправится обратно.

Ещё пара прохожих, и нужное место нашлось. Даже лучше: я нашёл мастерскую протезиста. Зайдя внутрь и застав мастера за работой, я, не желая его отвлекать, просто стоял и наблюдал за ним. Мужчина что-то измерял в руке, похожей на доспех, задумчиво кряхтел, поправлял одному ему известно что, снова измерял. Вскоре он меня заметил.

— Какой нужен? Подешевле? — С ходу спросил он, наверное, заметил костыль.

— Хотелось бы знать, сколько это стоить будет. — Ответил я.

— Смотря что именно.

— Да вот, — я отодвинул плащ и показал культю ноги, — или вот, — показал ему ещё и руку.

— Та-ак. — Он приблизился, пощупал мои обрубки оценил меня в целом визуально. — Для мага или нет?

— Для мага.

— Материал?

— Самый дешёвый.

— Нога восемьдесят, рука три сотни, срок работы где-то день-два. — Сказал он.

— Дорого… — Я выдохнул. — И долго.

— Ну уж как есть, — он развёл руками, — у меня клиентов много. Сам понимаешь, граница.

— Вообще-то, не очень понимаю, — признался я и тут же переключился на легенду: — я не местный.

— И как тебя такого занесло к нам, не местный? — Он удивился.

— Это долгая и печальная история.

— Да наплевать.

Протезист был странный. Его эмоции менялись слишком быстро и как попало. Кажется, плакало моё желание поторговаться, вообще не могу понять, что у него на уме или в душе.