В новом мире грязь всё та же

Пытаюсь второй, третий раз… «П… Пье… Пьез…», — старательно пытаюсь я пересилить себя, но ничего не выходит. Каждый раз, когда я пытаюсь применить заклинание, мои руки трясутся, а в груди разливается что-то чёрное, холодное.

Твою мать, только не сейчас… Почему? Почему я не могу просто прикончить шайку ублюдков?! Один раз я ошибся, и из-за меня погибли люди, но ведь это совсем не та ситуация! Разве не станет мир чуточку лучше, если конкретно они — умрут?

Убийство людей так сильно на меня повлияло. Каннибалы уже почти сбежали, я наблюдаю за тем, как они медленно удаляются от меня.

Да, они бегут, но их тела настолько ослабли, что я мог бы догнать их и проломить им головы голыми руками. Но я не могу. Не могу пересилить себя и вновь убить человека без веской причины. Думал, что окончательно изменился, но вот моя прошлая личность даёт о себе знать…

А что мне эти люди? Что такого хорошего Мне сделали Они, а не наоборот? Что-то я мало что могу припомнить. И тем не менее, во мне засела какая-то скоба, кусок металла, удерживающий мою кровожадную часть от той, что контролирует тело.

Эти нелюди жрали своих собратьев, наверняка даже невинных, а я не могу… Нелюди… Точно.

«Рассвет: Пьезо».

Всё вокруг озарилось, впервые я смог по-настоящему рассмотреть собственную технику. Оказывается, она так красива… Пусть и внушала мне страх.

Эта россыпь искр, озаряющих последние мгновения тех, кому более не суждено увидеть завтра, она по-своему прекрасна.

От убегающих не осталось и костей, все они мгновенно обратились в прах.

Слишком простая смерть для того, кто посмел охотиться на представителей собственного вида.

Но из-за этого ли я решился? Или, может, дело в том, что я в тайне ненавижу людей… За то, что они отплатили мне предательством за самоотверженность; за то, что раз за разом пытаются убить меня или кого-то, кто был ко мне добр; за то, что устраивают бессмысленные бойни друг с другом, когда всему их миру угрожает опасность. Возможно, я и правда пропитался к ним ненавистью… Надеюсь, что это лишь секундная эмоция.

Влад выбрался из своего укрытия несколько неуверенно. Казалось, что теперь меня он боялся больше, чем тех, от кого я избавился. Он просто молча стоял рядом, пока я использовал «амортизацию», чтобы завершить технику и ещё сильнее ослабить кровотечение

— У тебя обеззараживающее есть что-нибудь? — Спросил я у него.

— А… Да, конечно, — ответил он и начал рыться в своём вещевом мешке.