Гангстер вольного города - 2

Снова тяжело вздохнув, поднял на Кошечкина глаза и спросил:

— Как дальше жить будешь, Вячеслав Васильевич?

Старик, которого я впервые полностью рассмотрел под нормальным освещением, вытянул перед собой руки, показывая перебинтованные культяпки, но так ничего и не ответил.

Он, конечно, и сам понимал, что ему нужно восстановление... причём долгое и полноценное. Но тут появлялась другая беда: Монеткин-то его мне отдал, но это не значит, что не захочет забрать его снова.

Типовой договор, который был составлен ещё при приёмке на работу двух офицеров в отставке, лёг на стол напротив старика.

— Нет, я не буду больше работать в такой... обстановке.

— Будешь, — сухо произнёс я. — Ты мне обязан.

— То, что ты освободил меня от Кирилла Петровича, не означает, что я твоя верная шестёрка.

— Дело не в том, в каком ты статусе, — парировал я, кивнул Киту, который только-только зашёл в кабинет, отхлебнул шипучей жидкости и продолжил: — а в том, насколько правильный человек тобой руководит.

— Не вижу разницы между Монеткиным и тобой, — честно ответил Кошечкин.

— А она есть, — заулыбался я, чувствуя, как голову отпускает.

Вот что-что, а регенерация у этого юнца с новым «богом» в виде Койота — вещь занимательная и дельная. Ноги уже не болят, и за час я полностью реанимировал весь похмельный синдром, а сейчас так и вообще... полон сил и отваги. Ну и кто сказал, что такого волшебства не бывает?!

— Монеткин — мелкий торгаш и мелкий бандит, — сухо резюмировал старикан.

— А зачем тебя там держать? — поднял одну бровь я. — Ты грамотный медвежатник. Вскрыть любой замок можешь... Дядь Слава, ты разве не соскучился по былым временам?

— Что ты можешь знать о былых временах, сопляк?

Я рассмеялся ему в лицо. О да...Откуда же мне знать...

— Начнём тогда с нуля, — я ещё раз улыбнулся и протянул руку. — Меня зовут Владимир Шаман. И я не мелкий торгаш или мелкий бандит.

Глава 2

Пока я говорил, Вячеслав Васильевич лишь покачивал головой, соглашаясь со всем тем, что я ему говорил.

Причём говорил я о тех вещах, которые он прекрасно знал, оттого и задел в душе старого медвежатника пару струн. И расположил к себе.

Всё-таки в моей бригаде, ещё в прошлой жизни, работали медвежатники со стажем, а со своим персоналом я всегда много общался.

Разумеется, не забыл в разговоре пройтись и по его будущему.