Гангстер вольного города - 2

— Всё равно не понимаю... — протянул я, осматриваясь.

Мы стояли в небольшом поле со скошенной травой. В метрах пяти от меня росло одно единственное старое дерево. Собственно, возле него и выстроилась бригада армянина. Около ямы было ещё человек семь, и все с какими-то винтовками.

Явно же, что не на пикник ребята прибыли. Как тогда они...

— Рудик, — я протянул руку, — спасибо тебе огромное, что спас меня. Я уж было думал...

— Ай, хватит, — заулыбался здешний Аль Капоне. — С тебя должок, сам понимаешь.

— Может, тогда расскажешь, как ты здесь оказался?

Армянин пробормотал, мол, в ногах правды нет, и потянул меня за собой к дереву. Там уже вовсю уже шерудили его ребятишки. Ставили мангал, устанавливали столик, катили бочки... У меня сложилось впечатление, будто меня позвали на ужин.

За деревом, стоило мне вплотную к нему приблизиться, показался фургон с прицепом, откуда все это добро и волокли.

Когда Рудику Бакинскому выкатили шикарный стул, а мне — табурет попроще, мы наконец начали «общение».

И с каждым его словом мне становилось не по себе.

Пару часов назад в его армянскую голову неожиданно пришла идея. А почему бы честному армянину не поужинать вне дома? Поехать на дачу? Нет... не то. А вот за город, на пустырь, в пяти километрах от дома... Да почему бы и нет!

— Пока ехал, сидел себе и думал... — продолжил он. — Что неплохо бы тебя, Володя, на шашлыки пригласить. Заехал на завод, забрал вино и понял — точно! — спаситель театрально хлопнул себя по лбу.

Я сидел молча, постепенно понимая, что имел ввиду Койот.

— Сижу себе в машине... и вижу! — Бакинский махнул рукой на катафалк вдали. — Машина едет! А потом сразу дошло: это тебя ко мне на ужин везут! Вот ведь судьба такая непредсказуемая!

— В основном...

— Выхожу, а там и правда ты, но по рукам-ногам связанный. Рудик сразу смекнул, что не к добру это! Мои ребятки подошли, попытались поговорить, но эти архаровцы первым делом стволы повытаскивали.

— Кто ж на ужин ездит с пушками? — аккуратно поинтересовался я. — Как-то не по-людски.

— Ты что, сомневаешься в моих словах? — театрально ахнул Рудик. — Э! Брат. Зря!

Я покорно кивнул, признавая неправоту, и принялся слушать дальше. Люди бакинского приняли команду «пли», которую дал Альберт, как знак к перестрелке. Собственно говоря, за пару секунд они же положили всех, кроме главаря.