Гангстер вольного города - 2

***

События, произошедшие днём на фабрике, взбаламутили моих людей. Никто из них до последнего не мог поверить, что такие разные группировки смогли встать под чьё-то начало. Пришлось успокоить их тем, что этот союз, а точнее — объединение, только на первый взгляд кажется долгосрочным проектом.

Проработав с каждым своим «союзником», я узнаю о «его» бизнесе и людях больше, чем нужно. И впоследствии попросту заберу и территорию, и людей, и всю прибыль. Все просто.

— Союз только с виду кажется объединением общих усилий, — я сидел в небольшом кафе недалеко от фабрики и раскладывал моим людям по пальцам.

— По факту они, само того не понимая, начнут отдавать мне всё больше и больше, а затем и вовсе не поймут, как я начну управлять их людьми, их бизнесом, землёй, домами и прочим. Это многоходовый план.

— Не понимаю, — буркнул Петя. — Как ты это всё провернёшь, босс?

— Для начала, — улыбнулся я, — нам нужно объединить усилия и закрыть все мелкие банды. Поглотить или уничтожить. Связь с другими «авторитетами», если их так можно назвать, даст некоторую свободу действий.

Я заведу новые связи, получу новых друзей и увеличу зону своего влияния.

— Красиво, но я не думаю, что у вас получится прогнуть тех же армян, — перебил меня Саша. — У них семья важнее денег. Неподкупные до мозга костей.

— С армянами никаких проблем не будет, — смело заверил я. — Рудик — мой близкий друг. Его семью и территорию я даже трогать не буду. Пока он жив.

Офицеры в отставке переглянулись, но ничего не сказали. Кит довольно хмыкнул, а Кошечкин выпучил глаза так, словно призрака вместо меня увидел.

— Нашей основной проблемой могут стать британцы. Они хитрые и изощренные, — продолжил я, размешивая кофе. — Эти во все времена успели побыть и шпионами, и разведчиками, и предателями.

И тут я заткнулся. Понимая, что только что мог ляпнуть то, чего в этом мире и существовать не могло. Например, войн и так далее. Впрочем, виду никто не подал. Наверное, я озвучил всем давно понятные вещи.

— У них несколько семей, — продолжил за меня Кошечкин, глядя в чашку, которую даже с трудом мог поднять.

— Шесть, если я не ошибаюсь, и Траволта самый... спокойный из них. На своих не рыпается, чужим не мешает. Живёт себе спокойно, иногда дерётся с евреями и ирландцами. Я бы назвал его мелким, по сравнению с другими, но...

— Но он британец, — улыбнулся я. — А значит, продажный. Его знания помогут нам захватить остальных англичан в центре города. Поработить их бизнес и поотрывать им головы.