Багровый Руто

Поэтому давай проговорим это вслух: в курсе ли ты, какая сумма оказалась под арестом в императорском хранилище после объявления твоей матери преступницей и каковы условия её возвращения?

— Разумеется, — решительно соврал я.

От директрисы пахло чем-то неуловимо-приятным. Я поймал себя на мысли, что просто не в состоянии воспринимать её как врага. Что это, какой-то особый вид магии? Внушение, как у Ангры? Я мысленно отвесил себе подзатыльник и велел собраться.

— Сущая ерунда для Лазурной Скалы или, скажем, Пунцового Луга, — продолжала тем временем рассуждать она.

— Но для твоей семьи — весьма внушительные и к тому же жизненно необходимые деньги. И дело даже не в этом.

— А в чём же?

Директриса замедлила шаг и, прищурившись, покосилась на меня.

— То есть, я, конечно, понимаю, что вы имеете в виду, госпожа, — поспешно поправился я. — Но разве это такая проблема?

— Мило, что ты не считаешь это проблемой, — ровным тоном отозвалась она. — Боюсь только, твоя кузина с этим не согласна. Твоя мать поступила жестоко, указав тебя единственным наследником.

С твоим старшим братом всё ясно, она сердита на него за то, что он пресмыкается перед лазурными, отчаянно пытаясь устроить свою жизнь. Но обойти вниманием собственную сестру и её дочь, ныне законную главу семьи и её наследницу…

— Но если я умру, разве наследство не достанется империи? — наугад ляпнул я, молясь, чтобы не промахнуться. — Ведь распоряжаться им я всё равно не имею права…

— Вот именно, не имеешь, — по тону директрисы пока нельзя было понять, угадал я или нет.

— Лишь твоя будущая госпожа сможет получить их из хранилища. А это, опять же, означает, что деньги уйдут в чужую семью.

— И госпожа Гринда, по вашему мнению… — начал я, повинуясь интуиции, и многозначительно умолк.

— …Решила опереться на несколько прецедентов из истории, — не заметив моей хитрости, кивнула Фельтира. — Доказать, что ты не достоин наследства матери — в отличие от неё.

— И для этого нужно, чтобы меня с позором отчислили, а она победила в Солнечной битве… И попала на аудиенцию к госпоже императрице.

Мозаика наконец сложилась в голове. Хотелось расхохотаться, но я сдержался.

— Думаю, победа не так важна. Даже выхода в финал будет достаточно, — снисходительно бросила директриса.

Мы остановились, дойдя до поворота. Она наконец отпустила мой локоть и развернулась лицом.

— Вот видите, госпожа смотрящая, моей кузине нет смысла меня убивать. Это даже очень нежелательный исход для неё. Поэтому она меня так опекает.