Багровый Руто

Слуга, что открывал двери, засуетился за моим плечом, призывая гомонящую процессию к тишине. От тех, кто был внизу, этого не требовалось — они и так напоминали безмолвные изваяния.

— Ваша правительница мертва, — выкрикнул я хриплым голосом, последний раз демонстрируя всем голову диктаторши; затем подкинул её в воздух, опалил струёй огня и позволил грохнуться на ступени и покатиться, полыхая, вниз. — С этого момента у вас новый правитель, и это я. Есть кто-нибудь, кто против?

Судя по потрясённым лицам лазурных и даже лиловых, дофига народу было против.

Но высказать своё несогласие прямо сейчас ни у кого не хватило духу.

— Прежде всего, — я ткнул пальцем в распластанного на полу Йорфа, — позаботьтесь о моём друге. Унесите его в хорошую комнату, уложите в постель. Пусть кто-нибудь присматривает за ним, пока он без сознания.

Я видел, как нахмурилась Гринда, но сразу несколько слуг кинулись выполнять моё поручение, и никто не сказал и слова.

— Теперь к делу, — я чувствовал, что вот-вот сорву голос, но был уверен, что прояснить всё требуется здесь и сейчас.

— Прежняя императрица любила до отказа заполнять местную темницу; я так поступать не намерен. Любой, кто проявит неповиновение, умрёт на месте. Кто-нибудь желает проверить, не пустые ли это слова?

Лазурные смотрели волчицами, но не двигались. Лишь одна из стражниц, молодая и румяная, возмущённо огляделась и выступила вперёд:

— Но у императрицы осталась наследница — госпожа Курвинда. Ты не можешь просто так взять и узурпировать её право на трон…

— Точно, просто так не могу.

Ангра, давай госпожу наследницу сюда.

Рыжая протиснулась сквозь толпу со своей пленницей и с нескрываемым злорадством бросила ту коленями на ступени рядом со мной.

— Аккуратнее, Ангра. Вот ваша наследница, уважаемые жители Лазурной Скалы. Та самая, что предала вас ещё до начала восстания. Кажется, условия сделки были такими: она помогает мне свергнуть и убить собственную бабку, и я за это оставляю её на свободе, а прочих её родичей — в живых, чтобы она могла навещать их в тюрьме.

Верно, Курвинда? — девушка отвела глаза; точнее, только здоровый — второй продолжал косить прямо на меня. — Но я ей кое-что должен, поэтому взаперти она будет сидеть со всем комфортом, и уже я буду навещать её так часто, как смогу.

— Не верю, — отрезала румяная стражница. — Госпожа Курвинда добра и предана семье…

Остальные лазурные за её спиной подняли головы. Я вздохнул и медленно пошёл вниз по ступеням.