Заново рожденный

Профессор неторопливо удалилась, оставив меня в полуобморочном состоянии переваривать произошедшее и услышанное.

Все оставшееся до экзаменов время я жил только учебой и тренировками, пришлось к минимуму свести общение с друзьями и сестрой, благо те были заняты не меньше, и на время отложить прочие насущные дела.

В это сложно поверить, но я нисколько не нервничал. Меня более не беспокоила ни предстоящая проверка знаний, ни поединок с Вельяминовым. После произошедшего на уроке Темниковой мною овладело маниакальное желание стать не просто хорошим магом, но лучшим в своем деле.

Из-за своего легкомыслия я едва не свихнулся, опозорился перед Варварой. Больше такого повторится не должно. Я в ответе не только за себя, но за семью и друзей. И обязан не просто стараться, но полноценно защищать их от любой угрозы. И так будет.

В последний месяц иногда доходило до того, что я ночь не спал, изучая советы, наблюдения, опыт, предпочтения, хитрости именитых некромантов прошлого и настоящего вроде Майстера Экхарта, Кощея или Луки Ладожского, наутро шел на занятия по профильному предмету к Темниковой, потом на общую теорию и практику магических искусств к Колчину, после обеда к Вельяминову, повадившемуся ставить меня в пример остальным ученикам, на основы дипломатии или иностранные языки.

Я был в сильнейшем моральном напряжении, даже в обморок однажды чуть не упал, но ни в коем случае не собирался сбавлять обороты. Мне нравилось то, чем занимался. Каждый раз, принимаясь за учебу, я чувствовал себя первооткрывателем у берегов нового света. Меня переполняли эмоции. Волнение, возбуждение, любопытство, азарт. И внутреннее удовлетворение.

Зимняя сессия растянулась на целую неделю и состояла из четырех частей. Обязательное общее тестирование по светским предметам и устное собеседование по специальности, по которой планировалось дальнейшее обучение.

К чему скромничать, с первыми тремя частями экзамена я справился блестяще. Светской специализацией избрал, во всяком случае временно, анализ и изучение русской литературы девятнадцатого века.