Заново рожденный

Однако достойно подготовленное, плотно сконцентрированное, пусть и разъедающее исключительно неорганику явление вполне могло доставить немалый дискомфорт и живому существу.

Ржавчиной я и ударил. Со всей силой, на которую был сейчас способен.

Тьма пришла в движение, взорвалась яростным шипением. Существо не ждало достойного отпора от незваных гостей.

Даша послушно побежала, включив фонарик. Я, благоразумно не стал разбираться, в чьем логове мы оказались, и каков результат первого боевого применения способностей.

Было нечто сюрреально-гипнотическое в этой гонке в кромешной тьме, где единственным ориентиром служил прыгающий из стороны в сторону узкий белый луч света. Я целиком положился на сверхъестественное, объяснимое, видимо, специализацией чутье Лукиной. Пару раз едва не упал, разодрал в кровь руки, врезаясь в стены пещеры, но продолжал бежать, подстегиваемый диким, первобытным страхом.

Без Даши я бы, безусловно, пропал. Девушка не убегала далеко вперед, хотя, уверен, могла.

Не знаю, сколько времени занял наш побег, но даже, оказавшись снаружи и жадно вдохнув свежего воздуха, мы не замедлились, наоборот, припустили еще бодрее, желая как можно дальше оторваться от неведомого обитателя пещеры.

Ветки хлестко били по лицу, норовили замедлить нас, цепляясь за одежду, но все напрасно, очень уж не хотелось встречаться со смердящим мертвечиной существом.

Бежали мы долго. Полагаю, преодолели почти половину расстояния до академии. И остановились, лишь когда увидели круп спешно улепетывавшего от шумных созданий олененка.

С Минуту, наверное, мы просто стояли и смотрели друг на друга в бледном свете Луны, пытаясь отдышаться. Оба, раскрасневшиеся, потные, в царапинах и ссадинах.

– Вы в порядке, ваше сиятельство? - Первым делом спросила, отдышавшись, Лукина. – Не ранены?

В голосе девушки не было слышно осуждения или гнева, лишь искреннее участие и забота.

– В полном. Пара царапин. – Поспешил заверить я подругу. – А ты?

– Цела, спасибо.

– Тебе спасибо, что не бросила.

– Ни за что.

Девушку все еще потряхивало от испуга, вид она имела смятенный, но говорила твердо.

Я напряженно прислушивался, но не слышал ничего странного. Обычные звуки леса. И никакого трупного запаха, только древесная кора и прелые листья.

– Надо почаще так выбираться. – Прохрипел я.