Рысюхин, что ты пил?!

Дальше мы с дедом долго обсуждали эту таблицу, даже внесли кое-какие изменения, названия химических веществ, а потом и химию как науку в целом. Нашли полтора десятка различий в терминах, главным образом – в наименованиях величин, происходивших от фамилий известных людей, поскольку в разных мирах знаменитости, закономерно, были разными. Так, таблица элементов и периодический закон, которые в мире деда носили имя неизвестного мне Менделеева у нас были открыты на двенадцать лет позже Михаилом Кречетовым, дальним родственником Императора из побочной ветви младшего рода, который рос слабым, болезненным и в довесок был обделён даром, имея «жалкие» для такой семьи две единички, но зато в менталистике.

Он не сдался, не опустил руки, а посвятил себя науке, сделав ряд фундаментальных открытий. У деда он вообще вызвал восторг и восхищение, он, покопавшись в моей памяти относительно этого человека, долго сыпал именами и фамилиями тех, кто открыл то же самое в его мире и обзывал Михаила «долбаным универсальным гением».

Также закономерно оказались «за бортом» все названия, связанные с религией, в том числе со всякого рода «греческими и римскими богами». А это, помимо прочего, все планеты Солнечной системы скопом, на минуточку. То есть, «вселенец» из мира деда, попавший в тело гимназиста сохранит в тайне своё происхождение ровно до первого опроса по астрономии.

За разговорами доехали до Бобруйска. Дед долго ржал (не смеялся, а именно ржал, как артиллерийский конь) с истории моего посещения зверинца и повторял непонятную мне фразу «В Бобруйск, животное!», проверять которую по дедовой памяти было лень.

Всю историю он подытожил фразой, которая, на мой взгляд, вполне достойна была стать афоризмом:

«Всякого профессионального защитника животных отличает истовая, звериная ненависть к людям».

В Бобруйске мы вышли размяться на перрон, где дед вынудил (от слова «нудить») меня отказаться от покупки копчёной курицы с рук.

Правда, живописал он достаточно ярко и убедительно:

«Вот сожрёте вы, молодой человек, сию птицу, которая последние три дня предлагалась как отварная, а нынче ночью была помещена в дымовуху, дабы вонь отбить. И, выражаясь возвышенно, продрищете, не слезая с горшка, не только Минск, но и Вильню. Балтийские курорты летом – это, конечно, тема, но вам же будет не до них. Да и бабушка дома будет ждать одного засранца, не зная, что с ним и где он».