Ружемант 4

– Эманации, мальчик, это часть жизненной энергии. Не характер, лишь отголосок. Некромант вытаскивает из общей субстанции… да вот ту же подозрительность, мешает с чужой агрессией. Вживляет в чип, прикладывает магической печатью. Те, с кем мы воюем, не душами взятых в плен управляют. Это я к тому, что много ли науправляет «Драконом» завзятый трус? И кто захочет? Заставляет механизм и устройство машины? Тогда зачем им осознанность управляющего? Теперь понимаешь суть задумки?

– Ты хочешь сказать, что в машине некому и нечему заговорить?

– Схватываешь на лету, рядовой.

– И всеже, – пропустил ееукол мимо ушей, – я отчетливо слышал! Неужели не мог попасться осколок здравомыслия в поверженной машине?

Она умолкла, я терпеливо ждал, чтоскажет. Услышал лишь раздражение.

– Ты слишком громко дышишь, рядовой! Мешает думать, сбивает с толку.

– Простите покорно, – изобразил смешной реверанс. Бейке понравилось: по резко изменившемуся настроению понял, что прощен.

– Нет, Потапов, такого быть не могло. Разве что ты ошибаешься, с тобой говорили не осколки эманаций, а что-то другое.

– И что могло со мной заговорить?

Спросил и чуть не прикусил язык. Вспомнилось, как бился со Скарлуччи: попытка пробить сигналом блокирующий купол едва не окончилась для нас крахом. Но далекие от меня машины говорили на языке ружейных выстрелов. Просили прощения, убеждали - иначе не могут.

Бейка терпеливо ждала, как разберусь с собственными размышлениями.

Медленно перевел на неевзгляд.

– Бейка, может быть так... чтобы со мной говорило оружие?

Спросил и испугался сам. С винтовкой на моей памяти говорил лишь рядовой Куча. Ждал, что командующая усмехнется, спросит, не обезумел ли в край.

Она стала серьезней, чем прежде. Отвлеклась от созерцания ночного ничего. Вздрогнули черты лица – заговорила с кем-то мысленно. Наверно, просила подменить на посту.

– Ты сотого уровня, Потапов,– лукавила,накинул ещечетыре сверх того. – Проверял ли ты линейку своих способностей?

Покачал головой в ответ.

– Ты по-наивному мил, Потапов.

Бейка вмиг оказалась близко, ощутил на себе жар еее дыхания. Вдруг понял, она ни разу не называла меня по имени. Лишь по фамилии и удобному ей званию...

– Руж-волны, ты же про них слышал. И даже спрашивал.

А ведь верно.