Не власти ради, Империи для. Оперативная комбинация

И как будто тебе что-то надо, а теперь ещё и письмо с печатью. Не каждому простому профессору присылают такие письма.

— Не понимаю, что вы могли увидеть подозрительного в обычном любопытстве, — усмехнулся Ярослав Иванович и поставил трость рядом с изголовьем кровати. Не ожидал он, что призрак окажется настолько доставучим. Она явно умерла не своей смертью. — В своей стране подобных мест не так много, в особенности с такой богатой историей.

— Значит, тебе интересна информация о монстре в замке? — настаивала Рамонда.

— И много здесь монстров?

— Достаточно, чтобы написать книгу, — кивнула призрак и скрестила руки на груди, не собираясь сдаваться. У неё было чувство, что её обманывали. За недолгую жизнь в замке она успела поведать много профессоров, но ни один не был похож на этого. «А может, я себя накручиваю?». — Ну так что?

Ответить Ярослав Иванович не успел — раздался негромкий стук в дверь. На пороге стояла Оресия. Молодая профессор садоводства неловко улыбалась, глядя блестящими глазами на Лермо́нта.

— Д-добрый вечер, сэр Лермо́нт, — робко поздоровалась Оресия.

— Здравствуйте. У вас что-то произошло? — устало, но всё ещё вежливо задал вопрос Ярослав Иванович, борясь с желанием просто закрыть дверь перед особой.

Щёки Крофтон вспыхнули алым. Она неловко промямлила, опустив взгляд в пол:

— Нет, сэр… Я просто хотела поздравить вас с победой на дуэли… — Оресия протянула свёрток, который всё это время прижимала к груди. Это оказалась небольшая коробка конфет. — П-прошу примите это, как подарок и в знак благодарности за помощь ещё в тот раз.

Ярослав Иванович хотел было отказаться, но не сумел. Сказанные слова, хоть и были робкие, немного даже неуклюжие и больше похожие на слова студента, однако произнесены они были искренне. А ещё ему просто не захотелось расстраивать молодого профессора, в жизни которой и так впереди хватит грусти с таким-то мягким характером. Он принял неброскую коробку, перетянутую тонкой лентой.

— Благодарю, — ответил Ярослав Иванович.

— Это вам спасибо! — громче, чем планировала, сказала Оресия и покраснела ещё больше. — Н-ничего не нужно.

Повисло неловкое молчание. Ярославу Ивановичу уже не было, что сказать, ему откровенно хотелось спать, а вот Оресия напротив — не знала, что сказать, но очень хотела и не замечала, доставляющие своим присутствием неудобства.

— Что ж, стало быть, спокойной ночи? — решил нарушить затянувшееся молчание Лермо́нт.