Итан Хазгу. Пламя войны

Призрачные, едва заметные фигуры, бросились врассыпную, ускользая из под моих ударов, но некоторых все же зацепило, швырнув на землю, поломанных и обожженных.

Парализующий движения яд застиг меня на первом глубоком вздохе, когда я готовился ринуться вслед убегающими, чтобы разорвать их тщедушные тела.

Горло и язык свело судорогой, но мышцы еще работали. Затопленный яростью варха, я швырнул еще один каст, свалив беглеца, а потом…

Проклятье! Регенерации не хватает, чтобы очистить кровь, а без этого будет сложно.

Онемение спустилось от горла вниз, мешая дышать, отключилось обоняние и ослабел слух. Как будто вата в носу и ушах. Да и пасть уже не чувствую.

Уходить…

Но куда? Вверх по тропе или вниз? Скорее первое, иначе окажусь в западне.

Один из лежащих невдалеке раненых пошевелился и застонал. Вся его спина представляла собой сплошную открытую рану.

Снова бросилось в глаза, какой мелкий мой противник, как подросток, худощавый, угловатый. Человек ли это?

Я прыгнул вперед, оставляя за спиной раненых и выжженное магическим огнем пятно, намереваясь держаться тропинки и уйти выше.

Скрыться в зарослях, вернуться к Монгу и Юму, если хватит сил. Или просто затаиться и отлежаться.

Но ускользнуть с поля боя мне не дали. Хрупкая ломкая фигура в зеленоватом маскировочном плаще шагнула мне наперерез, формируя тонкое зеркальное лезвие.

Ростом нелюдь оказался немногим выше полутора метров, узкое скуластое лицо, светло-зеленая кожа, крупные, заведенные назад и прижатые к голове уши.

Его темные глаза внимательно и настороженно ловили каждое мое движение, а зубастая пасть скалилась мелкими острыми зубами.

Церемониться было некогда и я сразу ударил кастом, намереваясь смести дерзкого малыша с пути. Но тот взмахнул рукой и моя атака ушла в сторону. А затем зеленый атаковал сам, сплетая касты со взмахами своего клинка.

На меня будто бы обрушился новый сковывающий движения капкан, чьи стальные зубья разрывали тело со всех сторон.

Несколько ударов зеркальным клинком мне удалось отразить, ценою глубоких ран на лапах. А затем снова послышались шипящие звуки и спину ударили ядовитые стрелки.

Опять этот яд!

Я ударил огнем, пытаясь заполнить пламенем все вокруг противника, и в это же время бил всем, чем только мог из своего небогатого арсенала. В ход пошли даже земля, угли и камни — я захватил их арканом и швырял, целя во врага. И все для того, чтобы скрыть свою основную атаку.