Итан Хазгу. Пламя войны

Мелкое плетение оказалось настоящим произведением искусства — выполненное в неизвестной технике, оно содержало в себе несколько вложенных слоев. Правильнее всего было бы сравнить его с паразитом, присосавшимся к жертве. Но похоже, что именно оно спасло его от смерти при падении.

Кайелу потребовалось некоторое время для того, чтобы понять, как избавиться от чужой магии, после чего он внес в свою схему несколько дополнений. Теперь, когда она стала активна, то постепенно разрушала структуру враждебного плетения.

Как тяжелая оплеуха, он обрушился на Хазгу, опрокидывая вперед. Сероволосый успел почувствовать опасность, но защититься уже не сумел. Второй мощный удар обрушился сверху, лишая сознания.

Невысокий воин в маскировочном плаще настороженно обошел неподвижное тело. Его подозрение вызывала все еще работающая схема. Еще минута-другая и пленник избавиться от оков. Но вмешиваться в этот процесс аль’афф не хотел.

— Что с Арканом? — осведомился его напарник, выступив на пару шагов из зарослей.

— Вот-вот утратит силу и перестанет работать, — пожал плечами первый.

— Правильно, — одобрил второй, подходя ближе и рассматривая символы, начертанные их пленником на земле. — Никогда таких не видел. Он влил силу, не используя поток Кантра.

— Я видел. Сах’Жему будет интересно это узнать.

— Ну вот, вроде все, — низкорослые воины переглянулись.— Берем, что ли?

И подхватив пленника под руки, они потащили его прочь, попутно ругаясь на длинные ноги и излишнюю массу жертвы.

— Чужака привели в чувства, верховный, — молодой жрец заглянул к Сах’Жему, сидящему над кипой бумаг за письменным столом.

— Хорошо, — кивнул тот. — Я сейчас подойду. Пока дайте ему хорошей еды и вдоволь питья. Можно даже вина.

— Исполним, — кивнул его помощник и бросился выполнять поручение.

Дописав несколько строк, первожрец храма баар-ра задумался. События развивались слишком быстро, чтобы успеть полностью просчитать их последствия. Однако он сам решил их ускорить, когда узнал, что группа людей пробирается к их поселению сквозь заросли. Такого не было уже много лет. Ни имперские егеря, ни редкие местные жители не совались к ним, избегая практически непроходимой чащобы и неведомых опасностей.