Последний Шаман

Да даже будучи в уме не шибко здравом, я никогда бы не предположил, что однажды огню скажу не бояться. - Ох-хох, вот это вот конечно да...Не бойтесь. Можно. Забирайте.

И осторожно духи пламенные перебрались на мой участок и сухостой от них занялся очень споро. Они в нём бегали, съедали то, что можно было съесть и увеличивались в численности так быстро, что глазом было не уследить.

- Да выж мои хорошие. Идите те ка сюда, не бойтесь, - будто воробушков я их приманивал и они всё ближе подходили. Один из самых смелых подошёл прям близко-близко и ладонь мою обнюхал.

Ящерёнок прыгнул на ладонь и до того тлеющая прямо на мне одежда и вовсе занялась. И часть сознания хотело было завопить и заставить по земле кататься, но мило прыгающий по рукам огненный ящериный малыш всё внимание моё увлёк. Да и если Белый сказал, что будет защита от огня, то значит и вовсе бояться нечего.

Уже куда смелее Саламандры перелезали через забор, его обваливая и доедая, а первые пришедшие уже вплотную к дому подобрались и в пляске и в трещании их звонком я будто слышал вопросительное - «Можно?Можно?Можно?Можно?Можно?»

- Можно, - ответил им и словом и намерением, поглаживая пальцем пламенную щёчку осмелившегося на меня запрыгнуть. - Проводите старого друга на покой.

И отойдя подальше, чтобы не мешать, я задумчиво смотрел, как в пляске Саламандр уходит мой дом. Вот в окнах его возникли всполохи, вот по стенам побежали ящерки и пламя по их следу перебралось на крышу.

- Прощай. - сказал ему вослед, когда рухнула крыша, а выводок пламенных ящерок резво побежал в сторону следующего дома.

Слёз не было. От пламени суютившейся в правой руке Саламандры они в падении своём испарялись раньше.

И рад бы я был, если бы дали мне спокойно попрощаться, да только в планы Михаэля это не входило. Роскошный ультра-кар, наверняка предприимчиво позаимствованный дурным сынком из закромов особняка, завис метрах в десяти над пепелищем дома. Поднялись двери и полный негодования вопль прозвучал.

- Ты почему не сдох?!! - воскликнул взбешённый Михаэль со злобой и больше его ненависти была только суща, с трудом вмещающаяся под крышей автомобиля.