Кладбище программистов

– Вам не о чем беспокоиться.

–Из-за тебя погибнет мой внук, – сокрушённо прошептал старик. – Предчувствие меня не подводит. Ты – смерть Давида. Лучше б ты хотела золота, как прочие женщины.

–Я не представляю для вашего внука никакую ценность, – заверила принцесса. – У нас общий враг. Только и всего. Обещаю, Давид не пострадает. Я скорее погибну, чем позволю врагам обидеть его.

–Всё гораздо серьёзнее, – вздохнул Соломон. – Бедные дети… Вы влюблены.

–Нет, – запнулась Латора. – Я и Давид друзья. Уверена, он ничего ко мне не испытывает.

–Наивное дитя, – погладил её по голове старик. – Да защитит вас Яхве! Верховный Президент ввёл единую для всей планеты религию. Я не поддерживаю её. Поэтому молю старого Бога помочь вам.

–Мы выстоим, – пообещала принцесса. – В моём мире много религий. Я не верю ни в одну. Только в себя и свою силу. Она спасёт в трудный час.

Соломон смахнул со сморщенной щеки слезу и вышел. Латора опустилась на кровать, думая о его словах и своих чувствах к изобретателю. Они пугали её.

Прежде она не сталкивалась с эмоциями такой силы.

На утро принцесса и Давид покинули поместье Ротшильдов, провожаемые печальным взглядом самого влиятельного банкира. Он мог возводить на президентский пост нужных политиков и свергать голливудских звёзд. Но изменить решение единственного внука был не властен.

Латора и Давид забрали суперлёт с парковки и полетели в Тибет. В монастыре Далай-Ламы скрывались сторонники изобретателя, пытаясь взломать нейросеть, управляющую миром.

Давид хотел встретиться с ними. Его план по свержению Сталия не изменился. Однако сомнений прибавилось. Теперь изобретатель и принцесса прятали друг от друга глаза, скрывая влюблённость.

Слуга Создателя

Храм Создателя переливался серебряными куполами. Они имели ромбовидную форму и достигали облаков. Стены украшали вырезанные на камне руны. Балконы обвивали васильки, меркнущие на фоне красного знамени Верховного Президента. Оно развивалось на каждом балконе, бросая на прихожан тень в форме гиены.

Вдоль нефритовых ступеней тянулись статуи крылатых эльфиек с лавровыми венками на вьющихся волосах.

Риэл и Кордроф вошли в храм, минуя охранников – роботов. Белая дорожка привела их к алтарю. На нём были нарисованы серебряные руны и глаз – символ всевидящего Создателя. Белые подсвечники стояли вдоль стен, окутанные густым дымом. Кадило весело под потолком на железных цепях, источая запах ладана. Сушёные травы устилали пол, отпугивая злых духов.